Чем ходить по улицам, мостовые ломая
мостовые починим Первого мая.
Железо куй, пока горя́чее,
жалеть о прошлом дело рачье.
Лучших сосок
не было и нет –
готов сосать до старости лет.
Победительница всех шин
на всероссийском пробеге легковых машин.
К России с миром тянется рукой,
а полякам винтовки подает другой.
Листочки.
После строчек лис –
точки.
Ешь ананасы, рябчиков жуй,
День твой последний приходит, буржуй.
Город зимнее снял.
Снега распустили слюнки.
Опять пришла весна,
Глупа и болтлива, как юнкер.
Чтоб и крестьянин жил в довольстве,
и рабочий сыт...
Ты не воевал,
ты не мерз,
ты отдыхал под прикрытием армии, -
так вспомни теперь о казарме.
Подмяв моих комедий глыбы,
сидит Главрепертком Гандурин.
– А вы ноктюрн сыграть могли бы
на этой треснувшей бандуре?
Товарищи, ну!
Призывов не надо многих:
или этот путь должны протянуть –
или же протянуть ноги.
Товарищи девочки, товарищи мальчики!
Требуйте у мамы
эти мячики.
Смотри, –
без труда не раздав и муху.
Трудись!
И победим разруху.
Нынче бар в России нет.
Так крестьян не учат
Лишь крестьянский комитет
труд крестьян улучшит.
Если ты на этой доске –
умирай в тоске.
А если на красной –
улыбайся, как день ясный.
Как освободиться от бед?
Как нанести разрухе удар?
Первое средство:
стать в группу ударного труда.
От армии Восточной, от армии Южной
летят подарками городов дюжины
В благодарность все, кто подаркам...
Зачем же мне к зиме коса?
Что мне, ею брить волоса?
– Зимой побреешь волосья.
А там, глядишь, подрастут и колосья.
Только подписчики
«Красного перца»
смеются
от всего сердца.
«Голодаем» – весть.
Хлеб есть.
Сумей привезть
и будешь есть.
Антанта, белой банды щит,
вдруг обнаруживает робость,
зане сама сегодня мчит,
с разбега, в революций пропасть.
Что значит организовать производство?
Это значит «сил зря не трать»...
Эй, товарищи, за труд!
Мы в работе ловки, –
если дыры там и тут,
нам не до маёвки.
Товарищи, чините паровозы больше.
Мчите красноармейцев к панской Польше.
Взмахивайте молотом...
Юг завоевала победа.
Как получить победы плод?
Паровозы починить, пустить по рельсам...
Что читать трудящимся
городов и сел?
Книги «Красной нови»,
в них – всё!
При буржуях праздник я
праздновал бастуя.
Нынче власть в стране моя,
что гулять впустую?
Английские марионетки
лучшей выточки:
речи разные,
а на одной ниточке.
Раскрасневшись, будто рак,
землю пашешь так-то.
Ты б ее пахал вот так...
Раньше для увеселения толстопузых взора
на ёлку навешивали горы сора.
Другая работа у нашей ёлки...
Чем так стоять, о голоде оря,
займитесь чинкой сельского инвентаря...
Заря Коммуны разгорается туго
оттого, что сидим зря.
Подбросим в зарю донецкий уголь,
и моментально разгорится заря.
За 1919 год было добыто в Подмосковном районе 27 237 000 пудов угля...
Если щель в рядах есть,
в эту щель враг норовит влезть.
Чтоб враг революцию пылью не вытер...
Чем без дел ходить гурьбой,
распевая разное,
мы, вступив с разрухой в бой...
Товарищ! Фронту помог ты.
Теперь смотри – бедствует тыл.
Тылу помоги, чтобы не заболели и не застыли...
Мы на вершину вылезаем из буржуазной но́чи.
Что делать, чтоб не свалились...
Крестьяне, за свободу ваших сел
сколько отдало жизнь красноармейцев!
Красноармеец отдал за вас всё...
Забивай, забойщик,
производительность подымай за пудом пуд.
Задание выполнишь...
Если ты все лето пела,
так зимою попляши!
Надо летом делать дело,
чтоб зимой сидеть в тиши.
Тщетно отчаянный ветер
бился нечеловече.
Капли чернеющей крови
стынут крышами кровель.
Война окончена,
но от этого одного мало счастья.
Чтоб восстановилась Россия, разрушенная войной...
Новогоднюю встречу
не тостом встретим,
не речью.
До сих пор Россия снаряды, пулеметы, пушки возила.
Теперь на новую работу пойдет пролетарская сила.
Комета с хвостом –
«вся власть Советам»–
несется над старым и новым светом.
Буржуй, не удержишь! Напрасно не...
Я люблю зверье.
Увидишь собачонку –
тут у булочной одна –
сплошная плешь...
Если на Европу надеяться – пронадеешься сто лет
и умрешь, от надежд исхудав...
Зажали империалистические гады
Советскую Россию в кольцо блокады.
Спасение одно – дело ясное!
Что такое белые командиры?
Это хулиганы, носящие мундиры.
Наемники. Одной наградой этой дорожат...
И оденемся,
и обстроимся,
и пообедаем в удовольствие, –
если получим из сёл...
Раньше были писатели белоручки.
Работали для крохотной разряженной кучки.
А теперь писатель – голос масс.
Почему меньшевистская братия забастовкам рада?
Потому, что забастовки фронт...
Просты́ни вод под брюхом были.
Их рвал на волны белый зуб.
Был вой трубы – как будто лили
любовь и похоть медью труб.
Как ты смеешь есть?
Смотри – голодает Поволжье,
а ты ешь все-таки!
Пусть встанет кусок поперек глотки!
Зачем, крестьянин, этот камень?
Возьми и растопчи его ногами!
Нужен крестьянину камень другой.
Шахтер его добывает мозолистой...
В ушах обрывки теплого бала,
а с севера – снега седей –
туман, с кровожадным лицом каннибала...
Беспечность хуже всякого белогвардейца.
Для таких коммуна никогда не зардеется.
Чем отличается Красная Армия от царской?
Дралась царская армия...
Отчего в разные стороны бредут?
Значит, коммунистов нет тут!
Отчего на врагов не устают лезть?
Оттого, что здесь коммунисты есть!
Таково обучение старых школ:
выходил из школы глупый, как кол.
Молодчик научится ездить лих,
велят – так стрелять своих и чужих.
Отрежь себе столько, сколько нужно
для обеда и для ужина.
Кусок для рабочих отрежь и дай им...
Если даже совсем окончим войну
и домой вернемся,
этих не вернуть!
Кто же займет пустые места?
Я сразу смазал карту будня,
плеснувши краску из стакана;
я показал на блюде студня
косые скулы океана.
Шляпами панов не забить,
Врангеля шапками не закидать.
Шапок не хватит.
Надо штыкам работать дать.
Надо жизнь страны возродить снова.
Товарообмен – возрожденья...
Вошел к парикмахеру, сказал – спокойный:
«Будьте добры́, причешите мне уши».
Гладкий парикмахер сразу стал...
Я знаю силу слов, я знаю слов набат.
Они не те, которым рукоплещут ложи.
От слов таких срываются гроба...
Слезают слезы с крыши в трубы,
к руке реки чертя полоски;
а в неба свисшиеся губы...
Плыли по небу тучки.
Тучек – четыре штучки:
От первой до третьей – люди,
Четвертая была верблюдик...
Без глаз не нацелишься, не подымай рук.
Только зря перестреляешь всех вокруг.
Рабочий при капитализме работал из-под палки,
был он к фабрике придаток жалкий...
В шатрах, истертых ликов цвель где,
из ран лотков сочилась клюква,
а сквозь меня на лунном сельде
скакала крашеная буква.
Уже второй. Должно быть, ты легла.
В ночи Млечпуть серебряной Окою.
Я не спешу, и молниями телеграмм
Мне незачем тебя будить...
Рассказ о взлезших на подмосток
аршинной буквою графишь,
и зазывают в вечер с досок
зрачки малеванных афиш.
Как говорят –
«инцидент исперчен»,
любовная лодка
разбилась о быт.
Девушка пугливо куталась в болото,
ширились зловеще лягушечьи мотивы,
в рельсах колебался рыжеватый...
Читайте железные книги!
Под флейту золо́ченой буквы
полезут копченые сиги
и золотокудрые брюквы.
Что делать?
Паны идут верховодить тобой.
В бой!
Врангель...
По эхам города проносят шумы
на шепоте подошв и на громах колес,
а люди и лошади – это только грумы,
следящие линии убегающих кос.
По мостовой
моей души изъезженной
шаги помешанных
вьют жестких фраз пяты.
Южный фронт.
Не даром столько жизней отдано.
Товарищи! Сегодня Украина свободна.
Штык красногвардейца возможность дал
флаг Октябрьский водрузить ал.
Эй, товарищ!
Поищи до́ма,
нет ли металла
или металлического лома.
Нежно говорил ей –
мы у реки
шли камышами:
«Слышите: шуршат камыши у Оки.
Коммунизм
без учебы
не выстроишь никак.
Даешь...
В дни этой недели
помощь голодающим окажи не на словах...
Сегодня у буржуев мира вой.
Видится буржуям Октябрь мировой.
Красным Ллойд-Джорджу застилает свет.
Если так не хочешь помереть ты
товарищ,
не пей сырой воды!
Кишит в воде вибрионов рой...
Твой первый враг –
польское пановьё, –
не убьешь его...
Пролетарий Москвы!
Кодекс труда нэпачу
нипочем?
Нужен журнал – воевать с нэпачом!
В 1918 году добыто 551 миллион пудов угля.
В 1919 году 320
В 1920 году 278...
Товарищи! Крестьяне бывают разные:
есть крестьяне бедняки-пролетарии,
есть середняк крестьянин...
Ни черту кочерга и ни богу свечка,
ни в Совдеп посадить, ни отправить в ВЧК.
Кадет по неважной пошел дорожке...
Багровый и белый отброшен и скомкан,
в зеленый бросали горстями дукаты,
а черным ладоням сбежавшихся...
С очень кислым лицом
перед хитрым ларцом
буржуа-англичане сидели.
«Н-да, мол, русский вопрос...
Если жить не хочешь зимой в стуже, –
иди на фронт в минуту ту же!
Если не хочешь...
За четыре года советской власти
всякие были напасти:
Деникин, Антанта, чехословаки...
Две страшные гостьи идут.
Откуда они? Что делать тут?
Этих гостей шлют Мытищи нам.
Теперь вода мыти́щенская...
Трудно достать теперь газету.
А газету достанешь,
грамотных нету.
Эй, товарищ! Если ты пришел на Сухаревку за рубахой,
перед «Окном сатиры» на минутку...
Новый белогвардейский фронт есть.
Новый царь
на крестьянство хочет насесть.
Через час отсюда в чистый переулок
вытечет по человеку ваш обрюзгший жир,
а я вам открыл столько стихов...
Лишь за соль муку дадут.
Все на соль походом!
Ройте соль за пудом пуд...
Я сошью себе черные штаны
из бархата голоса моего.
Желтую кофту из трех аршин заката.
По Невскому мира, по лощеным...
Рабочий! Чем голод ругать со зла́,
смотри, чтоб на заводе не пропала зола...
Портсигар в траву
ушел на треть.
И как крышка
блестит...
Лезем земле под ресницами вылезших пальм
выколоть бельма пустынь,
на ссохшихся губах каналов...
Адище города окна разбили
на крохотные, сосущие светами адки́.
Рыжие дьяволы, вздымались...
Прилезли из-за границы меньшевик и эсер,
ищут тех, кто темен и сер.
Ругаются кто и как попало:
«Нет трамваев!
Трамваев мало!»
Отчего же трамваев мало?
Холеру несет грязь.
И сырье.
Примите меры. Победите ее...
Что делать, чтоб не заболеть холерой?
Только за собой смотреть – мало...
Затряслися без подмазки
красные ваго́ники.
Дожидайтесь нашей встряски,
золотопого́нники...
Флоты – и то стекаются в гавани.
Поезд – и то к вокзалу гонит.
Ну а меня к тебе и подавней –
я же люблю!
Скрал спекулянт миллион.
Мчит к Сухаревой башне.
Затеял с торговкой лепешками...
Свободы заслуживает только тот,
кто ее с винтовкой отстаивать идет.
На польский фронт!
Под винтовку!
Голой рукою нас не возьмешь.
Товарищи, – все под ружья!
Красная Армия – Красный еж –
железная сила содружья.
Раздвинув локтем тумана дрожжи,
цедил белила из черной фляжки
и, бросив в небо косые вожжи,
качался в тучах, седой и тяжкий.
В мастерской хохочет глухо
ведьма старая – Разруха,
веселится: «Это што?
Не станок, а решето!
Земля!
Дай исцелую твою лысеющую голову
лохмотьями губ моих в пятнах чужих позолот.
Тот, кто спер дрова и шасть, –
всяких во́ров гаже.
Всё равно, что обокрасть...
Динь, динь, дон, динь, динь, дон,
день ужасных похорон.
Спекулянты к гробу льнут –
где теперь я спекульну?
У меня есть мама на васильковых обоях.
А я гуляю в пестрых павах,
вихрастые ромашки, шагом меряя...
В РСФСР с деньгами туго,
дорого стоит каждая услуга.
Чтоб всем бесплатно пользовалась рабочая рать...
Чтоб фронт подорвать наш,
Антанта устанавливала военный шпионаж.
Пронюхают расположение войск...
Щадите пленных!
Помните, красноармейцы, когда будете брать их,
о польских рабочих...
Послушайте!
Ведь, если звезды зажигают –
значит – это кому-нибудь нужно?
Значит – кто-то хочет, чтобы они...
Морей неведомых далеким пляжем
идет луна –
жена моя.
Моя любовница рыжеволосая.
Без угля – Россия труп...
Дать ей уголь нужно.
Эй,
в ряды ударных групп...
Омерзительное явление,
что же это будет?
По всем направлениям
плюются люди.
Ненавистью древней
против городов
горели деревни.
Трудились крестьяне...
Бейте в площади бунтов топот!
Выше, гордых голов гряда!
Мы разливом второго потопа
перемоем миров города.
Оружие дипломатов Антанты – язычище.
Так наврут европейскому рабочему,
что не наврешь чище...
Лед между народами ломай.
Символ братства для рабочих – Май.
Нынче шторы в окне не подымай.
Весть о гибели для буржуев – Май.
В ресторане было от электричества рыжо́.
Кресла облиты в дамскую мякоть.
Когда обиженный выбежал...
Все знают:
в страшный год,
когда народ...
Эй, граждане,
берегите воду!
Бережней относитесь к нашему водопроводу.
Товарищи,
у нас газет мало!
А газета
как попала в учреждение...
Я люблю смотреть, как умирают дети.
Вы прибоя смеха мглистый вал заметили
за тоски хоботом?
А я – в читальне улиц...
Тот,
кто уголь спер
и шасть...
Мы должны восстановить промышленность во что бы то ни стало.
Лед между народами ломай.
Символ братства для рабочих – Май.
Нынче шторы в окне не подымай.
Весть о гибели для буржуев – Май.
Неурожайный голодный год
подорвал вконец крестьянский скот.
Промышленность разорило долгой войной...
Выл ветер и не знал о ком,
вселяя в сердце дрожь нам.
Путем шла баба с молоком,
шла железнодорожным.
Приехавшей из Африки девчушке
Советский мальчуган показывал игрушки.
Их было много – разных, заводных...
Готовь,
рабочий молодой,
себя к военной встрече.
И на воде...
Будущее ищем.
Исходили вёрсты торцов.
А сами
расселились кладби́щем,
Нечего есть! Обсемениться нечем!
В будущем году будет еще хуже,
если Волгу не обеспечим!
Падаль едят люди! Мертвых едят...
Таскал верблюдище
с дынями короб.
За день, бедняга...
Надо
инструменты
как следует беречь...
Раньше
купеческий сыночек
так прогуливал свободные ночи:
«Пей, Даша!
Тенью истемня весенний день,
выклеен правительственный бюллетень.
Нет! Не надо!
Сначала
с улиц
грязь вывози...
Северяне вам наврали
о свирепости февральей:
про метели,
про заносы...
Новые деньги,
стоящие твердо,
укрепят хозяйство
деревни и го́рода.
Помните –
мы работали
без красок,
без бумаги...
Гремит и гремит войны барабан.
Зовет железо в живых втыкать.
Из каждой страны
за рабом раба...
Как и у всяких ёлок,
у нашей елки
тьма-тьмущая иголок...
Скрипка издергалась, упрашивая,
и вдруг разревелась
так по-детски,
что барабан не выдержал...
Подходи, рабочий!
Обсудим, дай-ка,
что это за вещь такая гайка?
Что гайка?!
Вот иду я,
заморский страус,
в перьях строф, размеров и рифм.
Спрятать голову, глупый, стараюсь...
Жил-был король английский,
весь в горностай-мехах.
Раз пил он с содой виски –
вдруг...
Орут поэту:
«Посмотреть бы тебя у токарного станка.
А что стихи?
Пустое это!
Коммуну,
сколько руками ни маши,
не выстроишь
голыми руками.
Май ли уже расцвел над городом,
плачет ли, как побитый, хмуренький декабрик, –
весь год эта пухлая морда...
Улица провалилась, как нос сифилитика.
Река – сладострастье, растекшееся в слюни.
На Двине ль, на Днепре ль, на Дону ли –
гниль и прель с дороги спихнули.
Эй, крестьяне...
Кузница коммунизма,
раздувай меха!
Множьтесь,
энтузиастов...
Досконально прочитаешь в нем,
что тебе делать день за днем.
Во-первых, в понедельник...
Народонаселение всей империи –
люди, птицы, сороконожки,
ощетинив щетину, выперев перья,
с отчаянным любопытством висят...
Мрачные до чёрного вышли люди,
тяжко и чинно выстроились в городе,
будто сейчас набираться будет...
Чуть ночь превратится в рассвет,
вижу каждый день я:
кто в глав,
кто в ком...
Разворачивайтесь в марше!
Словесной не место кляузе.
Тише, ораторы!
Ваше...
Читайте железные книги!
Под флейту золо́ченой буквы
полезут копченые сиги
и золотокудрые брюквы.
Мокрая, будто ее облизали,
толпа.
Прокисший воздух плесенью веет.
Эй! Россия...
Четыре.
Тяжелые, как удар.
«Кесарево кесарю – богу богово».
А такому...
Войне ли думать:
«Некрасиво в шраме»?
Ей ли жалеть
городов гиль?
Возьмем винтовки новые,
на штык флажки!
И с песнею
в стрелковые...
Трудно
торф добывать
из болот, из луж,
трудно...
Что такое?
Елки-палки!
По Москве –
землечерпалки.
Сья история была
в некоей республике.
Баба на базар плыла...
Уверяла дурой дура:
нам не дело-де до Рура.
Из-за немцев,
за германцев...
И ласточка и курица
на полеты хмурятся.
Как людьё поразлетится,
не догнать его и птице.
Женщину ль опутываю в трогательный роман,
просто на прохожего гляжу ли –
каждый опасливо придерживает...
Товарищи,
Маяковский
на радость всем нам
написал частушки...
Несется клич
со всех концов,
несется клич...
Дым табачный воздух выел.
Комната –
глава в крученыховском аде.
Вспомни...
Льва показываю я,
посмотрите нате –
он теперь не царь зверья,
просто председатель.
В известном октябре
известного годика
у мадам
реквизнули...
Я взял газету
и лег на диван.
Читаю:
«Скучает...
Глаза разбегаются!
С чего начать?
Во-первых, в Мосполиграфе
вся печать.
Разрезая носом воды,
ходят в море пароходы.
Дуют ветры яростные,
гонят лодки парусные...
Живо заняли мы Галич,
Чтобы пузом на врага лечь.
Эх, и милый город Лык,
Поместился весь на штык!
Не высидел дома.
Анненский, Тютчев, Фет.
Опять,
тоскою к людям ведомый...
Об этом весть
до старости древней
храните, села,
храните, деревни.
Наш отец – завод.
Красная кепка – флаг.
Только завод позовет –
руку прочь, враг!
Мы!
Коллектив!
Человечество!
Масса!
Войдешь
и слышишь
умный гуд
в лекционном зале.
Еще старухи молятся,
в богомольном изгорбясь иге,
но уже
шаги комсомольцев...
Эй, крестьяне!
Эта песня для вас!
Навостри на песню ухо!
В одном селе...
Мы хорошо знакомы с совзнаками,
со всякими лимонами,
лимардами всякими...
Улица –
меж домами
как будто ров.
Тротуары...
Граждане! Поймите же, наконец,
голод дошел до ужаса. Надо дать есть...
Нашла на деревню
оспа-зараза.
Вопит деревня...
В Москве
редкое место –
без вывески того или иного треста.
Сто очков любому вперед дадут...
По небу
тучи бегают,
дождями...
Стой, товарищ!
Ко всем к вам
доходит
«Рабочая Москва».
С белым букетом
из дымных роз
бежит паровоз,
летит паровоз...
Власть советская –
власть России всей:
каждый угол в ней
равно дорог ей.
Раз шахтеры
шахты близ
распустили нюни:
мол, шахтерки продрались...
Каждый крестьянин
верит в примету.
Который – в ту,
который – в эту.
Вы
на ерунду
миллионы ухлопываете,
а на изобретателя...
В других столовых
люди – тени.
Лишь в «Моссельпроме»
сытен кус.
Сын
отцу твердил раз триста,
за покупкою гоня:
– Я расту кавалеристом.
Известно,
в конце существования
человечьего –
радоваться нечего
Уважаемые
товарищи потомки!
Роясь
в сегодняшнем...
Крошка сын
к отцу пришел,
и спросила кроха:
– Что такое хорошо...
Подходи-ка, де́вица,
подходи, парнишка!
Здесь у нас имеется
всяческая книжка!
Эскимос,
медведь
и стада оленьи
пьют чаи...
Республика наша в опасности.
В дверь
лезет
немыслимый зверь.
За всех вас,
которые нравились или нравятся,
хранимых иконами у души в пещере,
как чашу вина в застольной здравице...
Товарищи, чините паровозы больше.
Мчите красноармейцев к панской Польше...
К пишущему
массу исков
предъявляет
машинистка.
Александр Сергеевич,
разрешите представиться.
Маяковский.
Дайте руку!
Звенящей болью любовь замоля,
душой
иное шествие чающий,
слышу...
Время –
вещь
необычайно длинная, –
были времена...
Известно каждому,
что с болота
никто не будет
ждать умолота.
Убирайте комнату,
чтоб она блестела.
В чистой комнате –
чистое тело.
Вы ушли,
как говорится,
в мир в иной.
Пустота...
Жили были
Сима с Петей.
Сима с Петей...
Собирайтесь, ребятишки,
наберите в руки книжки.
Вас
по разным странам света...
Гражданин фининспектор!
Простите за беспокойство.
Спасибо...
не тревожтесь...
Простите
меня,
товарищ Костров...
Обшаркан мильоном ног.
Исшелестен тыщей шин.
Я борозжу Париж –
до жути одинок...
Всем товарищам по ремеслу:
несколько идей
о «прожигании глаголами сердец людей».
Чуть-чуть еще, и он почти б был положительнейший тип.
Иван Иваныч –
чуть не «вождь»...
На сотни эстрад бросает меня,
на тысячу глаз молодежи.
Как разны земли моей племена,
и разен язык...
Поэта
интересуют
и мелкие фактцы.
С чего начать?
Проезжие – прохожих реже.
Еще храпит Москва деляг.
Тверскую жрет,
Тверскую режет...
Между писателем
и читателем
стоят посредники,
и вкус...
Любовь любому рожденному дадена, –
но между служб,
доходов
и прочего...
Из-за неполадок на заводе
несознательный рабочий
драку заводит.
У кого нуждою глотку свело –
растопырь на вот это уши.
Эй, деревня каждая!
Товарищами
были они
по крови,
а не по штатам.
Верующий крестьянин
или неверующий,
надо или не надо,
но всегда...
Смерть – не сметь!
Строит,
рушит,
кроит...
Многие
слышали звон,
да не знают,
что такое...
У меня растут года,
будет и семнадцать.
Где работать мне тогда,
чем заниматься?
Словно дети, просящие с медом ковригу,
буржуи вымаливают.
«Паспорточек бы!
Влас Прогулкин –
милый мальчик,
спать ложился,
взяв журнальчик.
Вашу мысль,
мечтающую на размягченном мозгу,
как выжиревший лакей на засаленной кушетке...
Гулом восстаний, на эхо помноженным,
Об этом дадут настоящий стих,
А я
Лишь то, что сегодня можно...
Были
у папочки
дети –
гимназистики.
В сто сорок солнц закат пылал,
в июль катилось лето,
была жара, жара плыла...
Испанский камень
слепящ и бел,
а стены –
зубьями пил.