Май

Помню
старое
1-ое Мая.
Крался
тайком
за последние дома я.
Косил глаза:
где жандарм,
где казак?
Рабочий
в кепке,
в руке –
перо.
Сходились –
и дальше,
буркнув пароль.

За Сокольниками,
ворами,
шайкой,
таились
самой
глухой лужайкой.
Спешили
надежных
в дозор запречь.
Отмахивали
наскоро
негромкую речь.

Рванув
из-за пазухи
красное знамя,
шли
и горсточкой
блузы за нами.
Хрустнул
куст
под лошажьей ногою.
– В тюрьму!
Под шашки!
Сквозь свист нагаек! –
Но нас
безнадежность
не жала тоской,
мы знали –
за нами
мир заводской.

Мы знали –
прессует
минута эта
трудящихся,
нищих
целого света.
И знал
знаменосец,
под шашкой осев,
что кровь его –
самый
вернейший посев.

Настанет –
пришедших не счесть поимённо –
мильонами
красные
встанут знамёна!
И выйдут
в атаку
веков и эр
несметные силища
Эс Эс Эс Эр.