Стихи о Родине

Есть своя родная земля
У ручья и у журавля.
И у нас с тобой есть она –
И земля родная одна.

Мне лепетал любимый лес:
Верь, нет милей родных небес!
Нигде не дышится вольней
Родных лугов, родных полей…

Глядишь вокруг – и на душе легко,
И зреет мысль так вольно, широко,
И сладко песнь в честь родины поется,
И кровь кипит, и сердце гордо бьется,
И с радостью внимаешь звуку слов:
«Я Руси сын! здесь край моих отцов!»

Родина моя милая,
Отчизна моя любимая...
Славное у тебя прошлое,
Светлое впереди и хорошее!
Имя полное кротости
Я произношу с гордостью!

Вперед, Россия! Близится расцвет
Духовных сил, науки и талантов,
Где молодежь – национальный цвет,
Займет места геройские Атлантов.

Все вмещает: полосы ржаные,
Горы, воды, ветры, облака –
На земной поверхности Россия
Занимает пол-материка.

Над рекой родной уголок,
А в окне родной огонёк.
Береги его, не гаси
От него светлей на Руси.

Белая ромашка,
Синий василёк,
Красная рубашка –
Родины флажок!

Край родимый, мы твои частицы,
На твоей ладони спят века.
Я на ней, как зёрнышко пшеницы,
На устах я – капля родника.

Пусть помнят все, что ряд столетий
России ведать суждено,
Что мы пред ними – только дети,
Что наше время – лишь звено!

Горжусь я, что в своей стране,
В родном краю (нет, «в отчем крае»)
Я знаю всё, что могут мне
Сказать в автобусе, в трамвае.

Родина там, где могильные плиты
предков, соседей, знакомых, друзей.
Родина там, где в терпении слиты
тысячи трудных дорог и стезей.

Есть у истории один
Непререкаемый закон:
Кто предан родине своей –
В борьбе не будет побеждён!

Умом – Россию не понять,
Аршином общим не измерить:
У ней особенная стать –
В Россию можно только верить.

Ты тоже родился в России –
Краю полевом и лесном.
У нас в каждой песне – берёза,
Берёза – под каждым окном.

Не ради нас – грядущей жизни ради
Напишут дети в синие тетради,
В усердии дыханье затая,
Они напишут: «Родина моя».
И суть не в том, кто выведет ровнее,
А чтобы слов тех не было роднее.

Большая ты, Россия,
и вширь и в глубину.
Как руки ни раскину,
тебя не обниму.

У России величавый
На гербе орёл двуглавый,
Чтоб на запад и восток
Он смотреть бы сразу мог.
Сильный, мудрый он и гордый.
Он – России дух свободный.

Когда ж о родине мне мысль приходит в голову,
я узнаю ее в лицо, тем паче – голую:
лицо у ней – мое, и мне не нравится.
Но нет правительства, чтоб с этим чувством справиться…

Как жаль мне. что гордые наши слова
«Держава», «Родина» и «Отчизна»
Порою затерты, звенят едва
В простом словаре повседневной жизни.

Я уплыву на пароходе,
Потом поеду на подводе,
Потом еще на чем-то вроде,
Потом верхом, потом пешком
Пройду по волоку с мешком –
И буду жить в своем народе!

Берёзка, река, под окном смородина,
Друзей – будто звёзд бесконечный свет...
Когда тебя знает и помнит Родина,
То большего счастья на свете нет!

В наших плечах – беломорские скалы!
В наших ушах – храп медвежьих берлог!
В наших сердцах – самоцветы Урала!
В нашей груди – древний каменный бог!

Кремлёвские звёзды
Над нами горят,
Повсюду доходит их свет!
Хорошая Родина есть у ребят,
И лучше той Родины
Нет!

Идет по луговинам лития.
Таинственная книга бытия
Российского – где судьбы мира скрыты –
Дочитана и наглухо закрыта.
И рыщет ветер, рыщет по степи:
– Россия! – Мученица! – С миром – спи!

На широком просторе
Предрассветной порой
Встали алые зори
Над родимой страной.

С каждым годом всё краше
Дорогие края…
Лучше Родины нашей
Нет на свете, друзья!

Поезжай за моря-океаны,
Надо всею землёй пролети:
Есть на свете различные страны,
Но такой, как у нас, не найти.

Глубоки наши светлые воды,
Широка и привольна земля,
И гремят, не смолкая, заводы,
И шумят, расцветая, поля…

«Я твой. Пусть ропот укоризны
За мною по пятам бежал,
Не небесам чужой отчизны –
Я песни родине слагал!»

«Всё рожь кругом, как степь живая,
Ни замков, ни морей, ни гор…
Спасибо, сторона родная,
За твой врачующий простор!»

Написать бы ее, Россию!
Всю от неба, до трав, до дна.
Где найти мне слова такие,
Неизбывные, как она?

Чтоб во всей красоте и силе
Удивляла людей опять…
Написать бы ее, Россию.
Ох, как хочется написать.

Жура-жура-журавель!
Облетал он сто земель.
Облетал, обходил,
Крылья, ноги натрудил.

Мы спросили журавля:
– Где же лучшая земля? –
Отвечал он, пролетая:
– Лучше нет родного края!

Слышишь песенку ручья?
Это – Родина твоя.
Слышишь голос соловья?
Это – Родина твоя.

Руки матери твоей,
Звон дождей, и шум ветвей,
И в лесу смородина –
Это тоже Родина.

– Как сильно изменился ты! –
Воскликнул я. И друг опешил.
И стал печальней сироты…
Но я, смеясь, его утешил:

– Меняя прежние черты,
Меняя возраст, гнев и милость,
Не только я, не только ты,
А вся Россия изменилась!..

Под небом мертвенно-свинцовым
Угрюмо меркнет зимний день,
И нет конца лесам сосновым,
И далеко до деревень.

Один туман молочно-синий,
Как чья-то кроткая печаль,
Над этой снежною пустыней
Смягчает сумрачную даль.

Родина. Сторонушка. Сторонка…
Синим небом полная страна,
Проливная песня жаворонка,
Самой чистой музыки струна.

Все мы, все – и взрослые и дети –
С детства дышим именем твоим.
За тебя на этом белом свете
Мы ещё, родная, постоим.

Не заменят край родимый
Никакие чудеса!
Только здесь всё так любимо –
Реки, горы и леса.

Здесь от отчего порога
Начинается страна.
Стран других на карте много,
Только Родина одна!

Ну, встречай же! Это я!
Площадь Красная моя!
Классная, красивая
Невообразимая!

Демонстрации, парады,
Фестивали – всем тут рады!
У тебя не счесть друзей –
Сердце Родины моей!

Реки – Родины богатство:
Жизнь дают они земле,
Это мощь электростанций
И пути для кораблей.

Нам нельзя без Волги, Дона,
Енисея и Оби… –
Рек в России миллионы,
Береги их и люби!

Чудная картина,
Как ты мне родна:
Белая равнина,
Полная луна,
Свет небес высоких,
И блестящий снег,
И саней далеких
Одинокий бег.

Уж и есть за что,
Русь могучая,
Полюбить тебя,
Назвать матерью,
Стать за честь твою
Против недруга,
За тебя в нужде
Сложить голову!

Любовь моя, Россия,
Люблю, пока живу,
Дожди твои косые,
Полян твоих траву,
Дорог твоих скитанья,
Лихих твоих ребят.
И нету оправданья
Не любящим тебя.

Нам есть чем гордиться и есть что беречь,
И хартия прав, и родимая речь,
И мир, охраняемый нами.
И доблесть народа, и доблесть того,
Кто нам и родней, и дороже всего,
Кто – наше победное знамя!

Ты потерял свою Россию.
Противоставил ли стихию
Добра стихии мрачной зла?
Нет? Так умолкни: увела
Тебя судьба не без причины
В края неласковой чужбины.
Что толку охать и тужить –
Россию нужно заслужить!

Не умчался ты отсель
Жить за тридевять земель.
Никуда не увело,
Никуда не унесло,
Где родился –
Там сгодился...
Может, в жизни повезло?

Только вдумайся, вслушайся
В имя «Россия!»
В нём и росы, и синь,
И сиянье, и сила.
Я бы только одно у судьбы
попросила –
Чтобы снова враги не пошли на
Россию…

Летят перелетные птицы
В осенней дали голубой,
Летят они в жаркие страны,
А я остаюся с тобой.
А я остаюся с тобою,
Родная навеки страна!
Не нужен мне берег турецкий,
И Африка мне не нужна.

В столицах шум, гремят витии,
Кипит словесная война,
А там, во глубине России –
Там вековая тишина.
Лишь ветер не дает покою
Вершинам придорожных ив,
И выгибаются дугою,
Целуясь с матерью-землею,
Колосья бесконечных нив…

Веет чем-то родным и древним
От просторов моей земли.
В снежном море плывут деревни,
Словно дальние корабли.

По тропинке шагая узкой,
Повторяю – который раз! –
«Хорошо, что с душою русской
И на русской земле родилась!»

Русской ржи от меня поклон,
Ниве, где баба застится.
Друг! Дожди за моим окном,
Беды и блажи на́ сердце…

Ты, в погудке дождей и бед
То ж, что Гомер – в гекзаметре,
Дай мне руку – на весь тот свет!
Здесь – мои обе заняты.

Есть в Родине моей такая грусть,
Какую описать я не берусь.
Я только знаю – эта грусть светла
И никогда душе не тяжела.

Ну что за тайна в сумрачных полях,
В тропинке, огибающей овраг,
И в листьях, что плывут себе, легки,
По чёрным зеркалам лесной реки.

В поисках счастья, работы, гражданства
странный обычай
в России возник:
детям
у нас надоело рождаться, -
верят, что мы проживем
и без них.

Вы нашей земли не считаете раем,
А краем пшеничным, чужим караваем.
Штыком вы отрезали лучшую треть.
Мы намертво знаем, за что умираем:
Мы землю родную у вас отбираем,
А вам – за ворованный хлеб – умереть.

Я узнал, что у меня
Есть огромная семья
И тропинка и лесок
В поле каждый колосок,
Речка, небо голубое –
Это все мое родное
Это Родина моя,
Всех люблю на свете я!

Жизнь люби, люби отчизну, все, чем жив родной народ.
Не печалься о кончине: всякий, кто живет, – умрет.
К мелкой злобной укоризне оставайся словно глух:
унижения мирские не вольны унизить дух.

Прощай, немытая Россия,
Страна рабов, страна господ,
И вы, мундиры голубые,
И ты, им преданный народ.

Быть может, за стеной Кавказа
Сокроюсь от твоих пашей,
От их всевидящего глаза,
От их всеслышащих ушей.

О, Россия!
С нелегкой судьбою страна…
У меня ты, Россия,
Как сердце, одна.
Я и другу скажу,
Я скажу и врагу –
Без тебя,
Как без сердца,
Прожить не смогу…

Привет тебе, мой край родной,
С твоими тёмными лесами,
С твоей великою рекой,
И неоглядными полями!

Привет тебе, народ родимый,
Герой труда неутомимый,
Среди зимы и в летний зной!
Привет тебе, мой край родной!

Какие мы, и мир таков:
Мы в грусти – мир наш из оков,
Парим в просторе – мир открыт.
Любой из нас сам мир творит.

Мы верим – в мире глубина,
Мы созерцаем – тишина,
Мы ищем – мир неповторим,
Мы любим – и любой любим.

Любые боли пересилю,
И встану в строй,
И бой приму.
Но тронуть
Родину-Россию
Не дам и пальцем никому.
Она не то чтобы ранима
И не обидчива она.
Ей после бурь необходима
На всех границах тишина.

Россия – Родина моя,
И значит, россиянин я.
Горжусь страною я своей,
Здесь много у меня друзей.
Страна огромная у нас:
Урал, Карелия, Кавказ,
Тува, Чувашия, Алтай,
Якутия, Камчатский край…
Нам Родина дана одна,
Россия – дружная страна!

Край ты мой, родимый край!
Kонский бег на воле,
В небе крик орлиных стай,
Волчий голос в поле!

Гой ты, родина моя!
Гой ты, бор дремучий!
Свист полночный соловья,
Ветер, степь да тучи!

Разрушать гнездо не надо.
Разгонять не надо стадо.
Бить, рубить, топтать и жечь, –
Это – злое вражье дело.

В ком заря любви зардела,
Тот стремится уберечь
Все, что светлой жизни радо,
Все, что слышит Божью речь.

В этом имени столько нежности,
И простора, и синевы.
Озорной молодой безгрешности,
Не боящейся злой молвы.
Над землей пролетают птицы –
Это имя твое струится.
Это имя твое несется
Из-под ласкового крыла…
Это девушка из колодца
Синевой его пролила.

Сын, возмужавший нежности стыдится,
В своей любви не уверяет мать,
Зато ни в чём пред нею не таится
И всё готов на суд её отдать.

А у меня уже виски седые
Моих раздумий бесконечна нить,
И я хочу без лишних слов, Россия,
Как с матерью, с тобою говорить.

О, мать моя, Россия, Русь,
Незыблем трон твой златоглавый,
Люблю тебя, тобой горжусь,
Многострадальной и державной.

Россия, Россия, великая сила,
Великая сила, бездонная Русь,
В Россию, в Россию всем сердцем влюблен я
И с нею останусь навеки, клянусь!

Родина – и домик с палисадом,
И село, где я родился, рос –
С озерком, от ряби полосатым,
В окруженье клёнов и берёз.
Но она и больше, и красивей,
В ней не только дом,
В ней всё – моё.
Родину мою зовут Россией,
Величают матерью её.

Мильоны – вас. Нас – тьмы, и тьмы, и тьмы.
Попробуйте, сразитесь с нами!
Да, скифы – мы! Да, азиаты – мы,
С раскосыми и жадными очами!

Для вас – века, для нас – единый час.
Мы, как послушные холопы,
Держали щит меж двух враждебных рас
Монголов и Европы!

От северного полюса и до горы Рагдан
И от Чукотки до Калининграда
Лежит Россия – большая из стран,
И нам земли другой вовек не надо!

Дальний Восток, Сибирь, Урал, Кавказ,
Карелия, Кубань, Крым, Черноземье –
Всё это в сердце каждого из нас,
Всё это наши родовые земли.

Мы хорошие соседи
Для лежащих рядом стран
Мы за мир на всей планете
И за дружбу всех землян!

Мы сильны, но эта сила
Нам для добрых дел дана.
Хочет мирно жить Россия,
Нам не по сердцу война!

Развесистый дуб на холме зеленеет,
Раскинувши ветви широко,
И в землю родную своими корнями
Он входит глубоко-глубоко.

И пусть над вершиной проносятся тучи,
Пусть ветры над ним завывают, –
Он держится крепко за землю родную,
И бури его не сломают.

Я знаю, никакая власть
Не сможет Родину мою украсть –
Украсть мою любовь к родному краю,
К его церквушкам, избам и сараям,
К лесам, зверью, цветам... Я знаю,
Кто бы её и как ни перекраивал,
Я перед ней всегда склоняюсь ниц.
Любовь всегда бывает не по правилам
Вне времени, указов и границ.

В лесу, в горе, родник, живой и звонкий,
Над родником старинный голубец
С лубочной почерневшею иконкой,
А в роднике березовый корец.

Я не люблю, о Русь, твоей несмелой
Тысячелетней, рабской нищеты.
Но этот крест, но этот ковшик белый...
Смиренные, родимые черты!

О России петь – что стремиться в храм
По лесным горам, полевым коврам…

О России петь – что весну встречать,
Что невесту ждать, что утешить мать…

О России петь – что тоску забыть,
Что Любовь любить, что бессмертным быть!

Загадочная русская душа…
Она, предмет восторгов и проклятий,
Бывает кулака мужского сжатей,
Бетонные препятствия круша.

А то вдруг станет тоньше лепестка,
Прозрачнее осенней паутины.
А то летит, как в первый день путины
Отчаянная горная река.

А Родину никто не выбирает.
Никто не выбирает матерей.
И мудрый  только это понимает:
Другой не будет, Родина милей.

Предать её не сможешь, если любишь
Как сын, что нежно любит свою мать.
И где б ты ни был, но не позабудешь,
Не сможешь Родиной другую ты назвать.

Я была на краю чего-то,
Чему верного нет названья…
Зазывающая дремота,
От себя самой ускользание…
А я уже стою на подступах к чему-то,
Что достается всем, но разною ценой…
На этом корабле есть для меня каюта
И ветер в парусах – и страшная минута
Прощания с моей родной страной.

Здесь тёплое поле наполнено рожью,
Здесь плещутся зори в ладонях лугов.
Сюда златокрылые ангелы Божьи
По лучикам света сошли с облаков.

И землю водою святой оросили,
И синий простор осенили крестом.
И нет у нас Родины, кроме России –
Здесь мама, здесь храм, здесь отеческий дом.

Прекрасны вы, поля земли родной,
Еще прекрасней ваши непогоды;
Зима сходна в ней с первою зимой,
Как с первыми людьми ее народы!..

Туман здесь одевает неба своды!
И степь раскинулась лиловой пеленой,
И так она свежа, и так родня с душой,
Как будто создана лишь для свободы…

Мне выпало счастье быть русским поэтом.
Мне выпала честь прикасаться к победам.

Мне выпало горе родиться в двадцатом,
В проклятом году и в столетье проклятом.

Мне выпало все. И при этом я выпал,
Как пьяный из фуры, в походе великом.

Как валенок мерзлый, валяюсь в кювете.
Добро на Руси ничего не имети.

Люблю на Кремль глядеть я в час вечерний.
Он в пять лучей над миром засверкал.
Люблю я Волги вольное теченье,
Люблю сибирских рек задумчивое пенье,
Люблю, красавец мой, люблю тебя, Урал,
Я – русский человек, и русская природа
Любезна мне, и я ее пою.
Я – русский человек, сын своего народа,
Я с гордостью гляжу на Родину свою…

Много разных мест на белом свете,
Есть места невиданной красы!
Только я поля и рощи эти
Никогда не брошу на весы!

Никуда отсюда не уеду,
Не смогу все это бросить я,
Разделю все радости и беды,
Здесь мой дом, здесь родина моя…

Если время потребует жертвы
В судьбоносный истории час,
Значит мы еще духом не мертвы,
И любовь не покинула нас.

Если мы не смиримся в бессильи
И отринем вселенское зло,
Значит, мы – еще дети России,
И Победа встает на крыло.

Спор досужий вести не пристало
Нам о нациях в мире судеб.
Они мудрости большей не знали,
Чем любовь, чем отчизна и хлеб.

Человек, хрупок ты и раним.
Быть утесом не рвись, потому
Как тебе, боль знакома другим,
Ты – пойми, и тебя – поймут.

Из переполненной Господним гневом чаши
Кровь льется через край, и Запад тонет в ней –
Кровь хлынет и на вас, друзья и братья наши –
Славянский мир, сомкнись тесней…

«Единство, – возвестил оракул наших дней, –
Быть может спаяно железом лишь и кровью…»
Но мы попробуем спаять его любовью –
А там увидим, что прочней…

Не той, что из сказок, не той, что с пеленок,
Не той, что была по учебникам пройдена,
А той, что пылала в глазах воспаленных,
А той, что рыдала, – запомнил я Родину.

И вижу ее, накануне победы,
Не каменной, бронзовой, славой увенчанной,
А очи проплакавшей, идя сквозь беды,
Все снесшей, все вынесшей русскою женщиной.

Не умрешь, народ!
Бог тебя хранит!
Сердцем дал – гранат,
Грудью дал – гранит.

Процветай, народ, –
Твердый, как скрижаль,
Жаркий, как гранат,
Чистый, как хрусталь.

Лесок весёлый, родные нивы,
Реки извивы, цветущий склон,
Холмы и сёла, простор привольный
И колокольный певучий звон.
С твоей улыбкой, с твоим дыханьем
Сливаюсь я.
Необозримый, Христом хранимый,
Мой край родимый,
Любовь моя.

Два чувства дивно близки нам –
В них обретает сердце пищу:
Любовь к родному пепелищу,
Любовь к отеческим гробам.
Животворящая святыня!
Земля была б без них мертва,
Как ................. пустыня
И как алтарь без божества.

Россия памятью жива!
А сохранившими – тем паче!
А как иначе? Как иначе
Для той, что на века дана?!

Нет, не стихом судьбу решать
Зерна, опущенного в землю, –
Любовью дар Любви приемли –
И Жизнь, и Родину, и Мать.

Они глумятся над тобою,
Они, о родина, корят
Тебя твоею простотою,
Убогим видом черных хат…
Так сын, спокойный и нахальный,
Стыдится матери своей –
Усталой, робкой и печальной
Средь городских его друзей,
Глядит с улыбкой состраданья
На ту, кто сотни верст брела
И для него, ко дню свиданья,
Последний грошик берегла.

Летают самолёты
над нашими полями...
А я кричу пилотам:
«Меня возьмите с вами!
Чтоб над родной землёю
пронёсся я стрелою,
увидел реки, горы,
Долины и озёра,
и зыбь на Чёрном море,
и лодки на просторе,
равнины в буйном цвете
и всех детей на свете!»

Велика Отчизна наша
И широк её простор.
Есть у нас луга и чащи,
Реки и громады гор.
И живут здесь вместе с нами
Цапли, лебеди, чижи,
Дятлы, иволги, жуланы
Черепахи и ужи,
Тигры, волки и медведи,
Лоси, зубры, кабаны… –
Наши давние соседи.
Мы их сохранить должны!

Родина – первый луч света
В прохладную,чудную рань,
Тепло материнской ладошки,
Что ласково гладит – вставай,
Бесценные, хлебные крошки,
Лукошко грибное в сенях,
Прикрытое веко окошка,
Душистое сено в стогах,
Роса,что впиталась в тропинку,
Малиновки нежный напев
И память далёкого детства,
Которую чтит человек.

Родина слово большое, большое!
Пусть не бывает на свете чудес,
Если сказать это слово с душою,
Глубже морей оно, выше небес!

В нём умещается ровно полмира:
Мама и папа, соседи, друзья.
Город родимый, родная квартира,
Бабушка, школа, котенок … и я.

Зайчик солнечный в ладошке,
Куст сирени за окошком
И на щёчке родинка –
Это тоже Родина.

Эти бедные селенья,
Эта скудная природа –
Край родной долготерпенья,
Край ты Русского народа!

Не поймет и не заметит
Гордый взор иноплеменный,
Что сквозит и тайно светит
В наготе твоей смиренной.

Удрученный ношей крестной,
Всю тебя, земля родная,
В рабском виде Царь Небесный
Исходил, благословляя.

Мне голос был. Он звал утешно,
Он говорил: «Иди сюда,
Оставь свой край глухой и грешный,
Оставь Россию навсегда.

Я кровь от рук твоих отмою,
Из сердца выну чёрный стыд,
Я новым именем покрою
Боль поражений и обид».

Но равнодушно и спокойно
Руками я замкнула слух,
Чтоб этой речью недостойной
Не осквернялся скорбный дух.

Москва вчера не понимала,
Но завтра, верь, поймёт Москва:
Родиться русским – слишком мало,
Чтоб русские иметь права…

И вспомнив душу предков, встанет,
От слова к делу перейдя,
И гнев в народных душах грянет,
Как гром живящего дождя.

И сломит гнёт, как гнёт ломала
Уже не раз повстанцев рать…
Родиться Русским – слишком мало:
Им надо быть, им надо стать!

Как не гордиться мне тобой,
О родина моя!
Когда над Волгою родной
Стою недвижим я,
Когда молитвенно свой взор
Бросаю в небеса,
На твой чарующий простор,
На темные леса.
Как хороша ты в теплый день
На празднике весны,
Среди приветных деревень
Родимой стороны!

Краса полуночной природы,
Любовь очей, моя страна!
Твоя живая тишина,
Твои лихие непогоды,
Твои леса, твои луга,
И Волги пышные брега,
И Волги радостные воды –
Всё мило мне, как жар стихов,
Как жажда пламенная славы,
Как шум прибережной дубравы
И разыгравшихся валов.

Снегами сменяются ливни,
Птицам лететь к облакам.
Они унесут на крыльях
Тоску по российским снегам.
Россия – зимушка,
вёсенка,
Берёза моя и сосенка,
Костры на лугу –
из детства,
На избах –
рисунок сердца.

Отчизне кубок сей, друзья!
Страна, где мы впервые
Вкусили сладость бытия,
Поля, холмы родные,
Родного неба милый свет,
Знакомые потоки,
Златые игры первых лет
И первых лет уроки,
Что вашу прелесть заменит?
О родина святая,
Какое сердце не дрожит,
Тебя благословляя?

Выхожу я на балкон –
Вижу парк и стадион,
Кинотеатр, библиотеку,
Церковь, клинику, аптеку,
Школу музыкальную,
Офисы зеркальные.
А ещё дворец ледовый
И торговый центр новый,
И свою гимназию,
Где учусь с фантазией.
Выхожу я на балкон –
Здравствуй,
Мой родной район!

О родине – шелесты лип,
и ржавой уключины скрип,
и темного озера всхлип.
О родине – паданцев стук,
и дальнего выстрела звук,
и плеск бесконечных излук.
И звон быстротечных проток,
и баржи хрустящий ледок.
О родине – крик журавлей,
о родине – стон тополей…
И нету
напева
смелей!

Если долго-долго-долго
В самолёте нам лететь,
Если долго-долго-долго
На Россию нам смотреть,
То увидим мы тогда
И леса, и города,
Океанские просторы,
Ленты рек, озёра, горы…
Мы увидим даль без края,
Тундру, где звенит весна,
И поймём тогда, какая,
Наша Родина большая,
Необъятная страна.

Уж так изменится, что сыну,
Что даже сыну не узнать?
Вот он дождётся с нею встречи,
И вдруг, смотри, беда стряслась:
Ни прежней, с детства милой речи,
Ни русых кос,
Ни синих глаз…
Россия – мать,
Святой и зримый,
Да будет жребий твой велик!
Но сохрани неповторимый
Свой материнский светлый лик.

Ты долго ль будешь за туманом
Скрываться, Русская звезда,
Или оптическим обманом
Ты обличишься навсегда?

Ужель, навстречу жадным взорам,
К тебе стремящимся в ночи,
Пустым и ложным метеором
Твои рассыплются лучи?

Все гуще мрак, все пуще горе,
Все неминуемей беда –
Взгляни, чей флаг там гибнет в море,
Проснись – теперь иль никогда.

Есть в России святые места.
Если друг тебя в горе кинет,
Если вдруг на душе пустота,
Ты пойди приложись к святыне.

Поброди вдоль тригорских прудов,
По Михайловским ласковым рощам
Как бы ни был наш век суров,
Там все сложное станет проще.

И над Соротью голубой
Вдруг обратно помчится время.
Ты свою позабудешь боль,
Обретешь ты второе зренье…

Мракобесие. – Смерч. – Содом.
Берегите Гнездо и Дом.
Долг и Верность спустив с цепи,
Человек молодой – не спи!

В ворота́х, как Благая Весть,
Белым стражем да встанет – Честь.
Обведите свой дом – межой,
Да не вни́дет в него – Чужой.

Берегите от злобы волн
Садик сына и дедов холм.
Под ударами злой судьбы –
Выше – пра́дедовы дубы!

О нашей родине унылой
В чужом краю не позабудь
И возвратись, собравшись с силой,
На оный путь – журнальный путь…

На путь, где шагу мы не ступим
Без сделок с совестью своей,
Но где мы снисхожденье купим
Трудом у мыслящих людей.

Трудом и бескорыстной целью…
Да! будем лучше рисковать,
Чем безопасному безделью
Остаток жизни отдавать.

В работе яростно-кипучей
Юг, запад, север и восток.
Всё полноводней, все могучей
Соревновательный поток.

Пласты глубокие взрывая,
В народных недрах открывая
Ключи энергии живой,
Вступила ярость трудовая
В соревнованье – с боевой.

В строю и молодость и старость,
Все – в напряженье, все – в бою.
Страшней нет ярости, чем ярость
В борьбе за родину свою!

Тяжкий крест несем мы, братья,
Мысль убита, рот зажат,
В глубине души проклятья,
Слезы на сердце кипят.

Русь под гнетом, Русь болеет;
Гражданин в тоске немой;
Явно плакать он не смеет,
Сын об матери больной!

Нет в тебе добра и мира,
Царство скорби и цепей,
Царство взяток и мундира,
Царство палок и плетей.

Мы знаем, что ныне лежит на весах
И что совершается ныне.
Час мужества пробил на наших часах,
И мужество нас не покинет.

Не страшно под пулями мертвыми лечь,
Не горько остаться без крова,
И мы сохраним тебя, русская речь,
Великое русское слово.

Свободным и чистым тебя пронесем,
И внукам дадим, и от плена спасем
Навеки.

Там неба осветленный край
Средь дымных пятен.
Там разговор гусиных стай
Так внятен.

Свободен, весел и силен,
В дали любимой
Я слышу непомерный звон
Неуследимый.

Там осень сумрачным пером
Широко реет,
Там старый лес под топором
Редеет.

В детском садике узнали
Мы прекрасные слова.
Их впервые прочитали:
Мама, Родина, Москва.

Пролетят весна и лето.
Станет солнечной листва.
Озарятся новым светом
Мама, Родина, Москва.

Солнце ласково нам светит.
Льется с неба синева.
Пусть всегда живут на свете
Мама, Родина, Москва!

Утром солнышко встает,
Нас на улицу зовёт.
Выхожу из дома я:
– Здравствуй, улица моя!

Я пою и в тишине
Подпевают птицы мне.
Травы шепчут мне в пути:
– Ты скорей, дружок, расти!

Отвечаю травам я,
Отвечаю ветру я,
Отвечаю солнцу я:
– Здравствуй, Родина моя!

Цветёт над тихой речкой яблоня.
Сады, задумавшись, стоят.
Какая Родина нарядная,
Она сама как дивный сад!

Играет речка перекатами,
В ней рыба вся из серебра,
Какая Родина богатая,
Не сосчитать её добра!

Бежит волна неторопливая,
Простор полей ласкает глаз.
Какая Родина счастливая,
И это счастье всё для нас!

Что мы Родиной зовём?
Дом, где мы с тобой живём,
И берёзки, вдоль которых
Рядом с мамой мы идём.

Что мы Родиной зовём?
Поле с тонким колоском,
Наши праздники и песни,
Тёплый вечер за окном.

Что мы Родиной зовём?
Всё, что в сердце бережём,
И под небом синим-синим
Флаг России над Кремлём.

Чудный месяц горит над рекою,
Над местами отроческих лет,
И на родине, полной покоя,
Широко разгорается свет…

Этот месяц горит не случайно
На дремотной своей высоте,
Есть какая-то жгучая тайна
В этой русской ночной красоте!

Словно слышится пение хора,
Словно скачут на тройках гонцы,
И в глуши задремавшего бора
Всё звенят и звенят бубенцы…

От гордого чувства, чуть странного,
Бывает так горько подчас:
Россия построена заново
Не нами, другими, без нас…

Уж ладно ли, худо ль построена,
Однако построена все ж.
Сильна ты без нашего воина,
Не наши ты песни поешь!

И вот мы остались без родины,
И вид наш и жалок, и пуст, –
Как будто бы белой смородины
Обглодан раскидистый куст.

Мы идём на праздник в город,
Все идут: и стар, и молод.
Мы берём с собою флаг –
Небольшой российский стяг.

Три полоски в нём, три цвета.
В нём душа страны согрета!
Что же значит каждый цвет?
На вопрос – простой ответ:

Белый – мир снегов и льда,
Синий – небо и вода,
Красный – пламенный костёр,
Вместе – русский триколор!

Горькая моя Родина,
Ты – и боль моя, и судьба.
Вновь кружит непогодина,
Только мы одни у тебя.

Так близка мне твоя даль далёкая,
Ты Россия моя одинокая.
Облака над тобой невесенние,
Но я верю в любовь и спасение.

Горькая моя Родина,
Нет, нельзя тебя разлюбить.
Пусть судьба неустроена,
Надо веровать, надо жить.

Зачем вы отравили воду
И с грязью мой смешали хлеб?
Зачем последнюю свободу
Вы превращаете в вертеп?

За то, что я не издевалась
Над горькой гибелью друзей?
За то, что я верна осталась
Печальной родине моей?

Пусть так. Без палача и плахи
Поэту на земле не быть.
Нам покаянные рубахи,
Нам со свечой идти и выть.

Вижу чудное приволье,
Вижу нивы и поля.
Это русское раздолье,
Это русская земля!

Вижу горы-исполины,
Вижу реки и моря –
Это русские картины,
Это Родина моя.

Слышу песни жаворонка,
Слышу трели соловья.
Это русская сторонка,
Это Родина моя!

И вновь сквозь пространства и годы,
Сомненья, боренья, бои,
Как будто подземные воды,
Я слышу движенья твои.

И слышу я свист соловьиный
В твоих вековечных борах,
И грозного снега лавины
В твоих неприступных горах.

На празднествах русской природы,
В степях, где орлов переклик.
И полнятся вешние воды,
И ширится русский язык.

О, скромный мой кров! Нищий дым!
Ничто не сравнится с родным!
С окошком, где вместе горюем,
С вечерним, простым поцелуем
Куда-то в щеку, мимо губ…
День кончен, заложен засов.
О, ночь без любви и без снов! –
Ночь всех натрудившихся жниц, –
Чтоб завтра до света, до птиц
В упорстве души и костей
Работать во имя детей.
О, знать, что и в пору снегов
Не будет мой холм без цветов…

Опять я подумал о Родине,
Где стынет в росе лебеда,
Где в старой замшелой колодине
С утра холодеет звезда.

Там чёрные тени в дубраве
И белый над берегом сад.
И можно не думать о славе
И слушать, как листья летят...

Там речка прозрачна, как детство.
Там рыжим кустам камыша,
Наверное, точно известно,
Бессмертна ли наша душа.

Очень много слов на свете,
Как снежинок у зимы.
Но возьмем, к примеру, эти:
Слово «Я» и слово «Мы».

«Я» на свете одиноко,
В «Я» не очень много прока.
Одному или одной
Трудно справиться с бедой.

Слово «Мы» сильней, чем «Я».
Мы – семья, и мы – друзья.
Мы – народ, и мы – едины.
Вместе мы непобедимы!

Холмы, перелески,
Луга и поля –
Родная, зелёная
Наша земля.

Земля, где я сделал
Свой первый шажок,
Где вышел когда-то
К развилке дорог.

И понял, что это
Раздолье полей –
Отчизны моей.

Мой дом стоит среди лесов,
Среди черничных поясов.
Среди полей, среди дорог
Отыщешь ты его порог.

Среди подземных родников,
Где солнце бьется из оков,
Среди смолы, среди дубрав
Стоит он средь пахучих трав.

Над прудом падала звезда,
И месяц с ней дружил.
Пусть там я не был никогда,
Но только там – я жил.

Ты отошла, и я в пустыне
К песку горячему приник.
Но слова гордого отныне
Не может вымолвить язык.

О том, что было, не жалея,
Твою я понял высоту:
Да. Ты – родная Галилея
Мне – невоскресшему Христу.

И пусть другой тебя ласкает,
Пусть множит дикую молву:
Сын Человеческий не знает,
Где приклонить ему главу.

И будет вскоре весенний день,
И мы поедем домой, в Россию…
Ты шляпу шелковую надень:
Ты в ней особенно красива…

И будет праздник… большой, большой,
Таких и не было, пожалуй,
С тех пор, как создан весь шар земной,
Такой смешной и обветшалый…

И ты прошепчешь: «Мы не во сне?..»
Тебя со смехом ущипну я
И зарыдаю, молясь весне
И землю русскую целуя!

Полотно дорог развернулось мне.
Как ты мир широк и далёк!
Не сыскать такой, да во всей земле,
Родины, что я пересёк…

Красота твоя необъятная,
Много есть на что посмотреть.
Красота твоя необъятная
Не для каждого ты понятная,
Но готова всех пожалеть.

Дом здесь для себя наконец нашёл,
Встретился с любимой моей.
Сколько разных мест я уже прошёл,
Только нет тебя мне родней.

Время другое сегодня звенит под окошками.
Чудится многим, что вечного нет на земле.
Счастлив я тем, что ходил полевыми дорожками,
Слушал колосьев шуршание в солнечной мгле.

Мало ли туч проплывало над нами с угрозами?
Счастлив я тем, что живу, никому не отдав
Ивы над омутом, тихий родник под берёзами,
В жёлтых платочках головки весенних купав.

Это моё, это с детства святое и близкое,
Вместе с иконами, с воинским снимком отца.
Родина – то, что порой не понять и не высказать,
Только почувствовать, только любить до конца…

Золотые и мифы, и были
После бурь, ураганов и гроз…
Мы за славу свою заплатили
Океаном и крови, и слёз.

Не завидуйте подвигам нашим,
Не сочтите их праздничным сном
И не вздумайте русскою чашу
Повернуть на себя кверху дном.

Захлебнётесь.
Могучая лава
Встанет ужасом в ваших очах.
Знает, знает российская слава
На каких ей держаться плечах.

Не только свет кремлёвских башен
И штурм космических глубин,
Не только памятники павшим
И величавый гул турбин;

Не только стройки и парады,
И блеск ракетного меча,
Россия –
это листопады,
И снег,
и Пушкин,
и свеча…

Это только в России издревле осталось,
Чтобы плакала радость, а горе смеялось.
Это только в России, на подвиги громкой,
Вечно ходит надежда с сиротской котомкой.

Это только у нас смастерили царь-пушку
Не для дела, а так, напоказ, как игрушку.
И такой изготовили колокол медный,
Чтоб и рта не раскрыл он, царь-колокол бедный.

За такое могли только мы лишь и взяться…
Но зато все другие стоят и дивятся.
Все другие глядят и завистливо судят:
Никогда-то у них вот такого не будет…

Восемь лет эту местность я знаю.
Уходил, приходил, – но всегда
В этой местности бьет ледяная
Неисчерпываемая вода.

Полноструйный родник, полнозвучный,
Мой родной, мой природный родник,
Вновь к тебе (ты не можешь наскучить!)
Неотбрасываемо я приник.

И светло мне глаза оросили
Слезы гордого счастья, и я
Восклицаю: ты – символ России,
Изнедривающаяся струя!

С Россией кончено… На последях
Ее мы прогалдели, проболтали,
Пролузгали, пропили, проплевали,
Замызгали на грязных площадях,
Распродали на улицах: не надо ль
Кому земли, республик, да свобод,
Гражданских прав? И родину народ
Сам выволок на гноище, как падаль.
О, Господи, разверзни, расточи,
Пошли на нас огнь, язвы и бичи,
Германцев с запада, Монгол с востока,
Отдай нас в рабство вновь и навсегда,
Чтоб искупить смиренно и глубоко
Иудин грех до Страшного Суда!

Так не зря мы вместе бедовали,
Даже без надежды раз вздохнуть.
Присягнули – проголосовали
И спокойно продолжали путь.

Не за то, что чистой я осталась,
Словно перед Господом свеча,
Вместе с вами я в ногах валялась
У кровавой куклы палача.

Нет! и не под чуждым небосводом,
И не под защитой чуждых крыл –
Я была тогда с моим народом,
Там, где мой народ, к несчастью, был.

Родина для нас не просто слово,
Только потому, что много в нем,
Близкого для нас и дорогого:
Поле, речка, мостик, отчий дом!

Родина для нас, не просто место,
Где родился, жил и где ты рос,
Где картинки теплые из детства,
И в пахучих травах сенокос…

Родина для нас – счастья глоточек,
Сколько от нее не уезжаешь,
Сердца своего всегда кусочек,
С ней навеки вечно оставляешь!

И красива и богата
Наша Родина, ребята.
Долго ехать от столицы
До любой ее границы.

Все вокруг свое, родное:
Горы, степи и леса:
Рек сверканье голубое,
Голубые небеса.

Каждый город
Сердцу дорог,
Дорог каждый сельский дом.
Все в боях когда-то взято
И упрочено трудом!

Широкие, привольные, родимые края…
Березка белоствольная, любимица моя,
Стоит, как свечка, белая,
Глядит она вокруг:
Ей рожь кивает спелая,
Ей кланяется луг.
Кругом так славно, солнечно,
Куда ни поглядишь,
Над озером тихонечко
Колышется камыш.
Плывут протокой узкою
Утята чередой.
Люби природу русскую,
Храни, читатель мой!

Россия в сердце не случайна,
Я исходил её пешком.
Она гремит во мне ключами,
Шумит весенними ручьями,
Над гнёздами орёт грачами,
Трубит пастушеским рожком.

Россия! Я тебе обязан.
Ты вся, как церковь, на виду.
Твоей рукой, как сноп, я связан,
Поставлен в общую скирду!

Служу тебе и днём и ночью,
Что тяжко, это ничего.
Своим словесным узоречьем
Ложусь я на твоё чело!

Но вот уж близко. Перед ними
Уж белокаменной Москвы,
Как жар, крестами золотыми
Горят старинные главы.

Ах, братцы! как я был доволен,
Когда церквей и колоколен,
Садов, чертогов полукруг
Открылся предо мною вдруг!

Как часто в горестной разлуке,
В моей блуждающей судьбе,
Москва, я думал о тебе!
Москва… как много в этом звуке
Для сердца русского слилось!
Как много в нем отозвалось!

Как родную землю почитать,
Чтобы слов на ветер не кидать?
Чтобы стать перед ее лицом
Кровною родней, а не жильцом?

В детстве – тёплым сердцем обнимать,
Как ребёнок обнимает мать.
А когда нальется силой грудь,
Ей по-братски руку протянуть.

В материнской мудрой доброте
Телом заслонить ее в беде.
И, рубеж последний перейдя,
Вновь к земле приникнуть, как дитя...

Я возьму карандаш, нарисую дом,
Нарисую небо и солнце над ним.
Чтобы было тепло тем, кто в доме живёт,
Нарисую трубу, из неё вьётся дым.

Я возьму карандаш, нарисую цветы,
Нарисую кусты и деревья вокруг.
Чтобы вечно была свежесть в этом саду,
Нарисую я дождь из заботливых рук.

Я возьму карандаш, нарисую лес,
Нарисую поля и змейку реки.
Чтобы мир и покой был на этой Земле,
Нарисую, как голубь в небе летит.

Много видел я стран и не хуже ее
Вся земля мною нежно любима.
Но с Россией сравнить?..
С нею – сердце мое,
И она для меня несравнима!

Чья космична душа, тот плохой патриот:
Целый мир для меня одинаков...
Знаю я, чем могуч и чем слаб мой народ,
Знаю смысл незначительных знаков...

Осуждая войну, осуждая погром,
Над народностью каждой насилье,
Я Россию люблю – свой родительский дом
Даже с грязью со всею и пылью...

Синее раздолье, голубые вёсны…
Золотое поле, золотые сосны…
Рек былинная краса, на траве в лугах роса
И поля, и леса – это всё Россия!

Надо ли словами говорить о счастье,
Если перед вами мир открытый настежь?
Всюду чудо чудится: светлых зданий корпуса,
Спутник наш в небесах – это всё Россия!

Синее раздолье, голубые вёсны…
Золотое поле, золотые сосны…
Незнакомые моря и целинные края –
Всё твоя и моя Родина Россия!

Мой город. Мой дом. Моя школа. Мой мир.
Мечта моя, цветом, как синий сапфир.
Я землю раскрашу палитрой мечты:
Дороги, аллеи, каскады, мосты.

Мой мир – это солнце, и снег, и роса,
Степные узоры, ночная гроза.
Я – вместе с друзьями, со мной – друзья.
И это большая-большая семья.

В ней всем хватит места, и каждый любим.
Мы учимся вместе и вместе творим!
И будет гордиться родная земля,
Какие растут у неё сыновья!

Россия степная, Россия озерная,
С ковыльной бескрайнею стороной,
Россия холмистая, мшистая, горная,
Ты вся дорога мне! И все же бесспорно я
Всех больше люблю тебя вот такой!

Такой: с иван-чаем, с морошкой хрусткой
В хмельном и смолистом твоем раю,
С далекой задумчивой песней русской,
С безвестной речушкой в лесном краю.

И вечно с тобой я в любой напасти –
И в солнечных брызгах, и в черной мгле,
И нет мне уже без тебя ни счастья.
Ни песни, ни радости на земле!

Друг, посмотри, как в равнине небесной
Дымные тучки плывут под луной,
Видишь, прорезал эфир бестелесный
Свет ее бледный, бездушный, пустой?

Полно смотреть в это звездное море,
Полно стремиться к холодной луне!
Мало ли счастья в житейском просторе?
Мало ли жару в сердечном огне?

Месяц холодный тебе не ответит
Звезд отдаленных достигнуть нет сил…
Холод могильный везде тебя встретит
В дальней стране безотрадных светил…

Я возвращуся к вам, поля моих отцов,
Дубравы мирные, священный сердцу кров!
Я возвращуся к вам, домашние иконы!
Пускай другие чтут приличия законы;
Пускай другие чтут ревнивый суд невежд;
Свободный наконец от суетных надежд,
От беспокойных снов, от ветреных желаний,
Испив безвременно всю чашу испытаний,
Не призрак счастия, но счастье нужно мне.
Усталый труженик, спешу к родной стране
Заснуть желанным сном под кровлею родимой.

О, берёзы, даль немая,
Грустные поля...
Это ты, – моя родная,
Бедная земля!

Непокорный сын к чужбине,
К воле я ушёл,
Но и там в моей кручине
Я тебя нашёл.

Там у моря голубого,
У чужих людей
Полюбил тебя я снова
И ещё сильней.

О, Родина! В неярком блеске
Я взором трепетным ловлю
Твои пролески, перелески –
Все, что без памяти люблю:

И шорох рощи белоствольной,
И синий дым в дали пустой,
И ржавый крест над колокольней,
И низкий холмик со звездой...

Мои обиды и прощенья
Сгорят, как старое жнивье.
В тебе одной – и утешенье
И исцеление мое.

Край родимый, мы твои частицы,
На твоей ладони спят века.
Я на ней, как зёрнышко пшеницы,
На устах я – капля родника.

Ты нас учишь правде вдохновенно,
Твой восход у каждого в судьбе.
Я пишу одну строку, наверно,
Нашей общей книги о тебе.

Много нас, но ты у всех едина,
Встанем грудью, только позови.
Родина! Прими поклон от сына
И его признание в любви.

Нас не разрушит разруха.
Нас закаляет беда.
Русь – это нация духа
Прежде всего и всегда.

Что ей до сытого брюха?
Знает, почем лебеда.
Всем, кому душно и глухо,
светит она как звезда.

Чище лебяжьего пуха
Совесть ее, господа!
Русь – это нация духа
прежде всего и всегда.

Сдержим ярость в груди.
Чей там слышится стон?
Вспомним сердцем святые устои.
Нашу землю, как было уже испокон,
Не спасут ни вожди, ни герои,
Ни родное «авось»,
ни указы Кремля,
Ни ракеты, ни лютые вилы,
А спасет лишь любовь –
и твоя, и моя,
Та, что крепче и глубже могилы…

Тучки небесные, вечные странники!
Степью лазурною, цепью жемчужною
Мчитесь вы, будто как я же, изгнанники
С милого севера в сторону южную.

Кто же вас гонит: судьбы ли решение?
Зависть ли тайная? злоба ль открытая?
Или на вас тяготит преступление?
Или друзей клевета ядовитая?

Нет, вам наскучили нивы бесплодные…
Чужды вам страсти и чужды страдания;
Вечно холодные, вечно свободные,
Нет у вас родины, нет вам изгнания.

Тот ураган прошел. Нас мало уцелело.
На перекличке дружбы многих нет.
Я вновь вернулся в край осиротелый,
В котором не был восемь лет.

Кого позвать мне? С кем мне поделиться
Той грустной радостью, что я остался жив?
Здесь даже мельница – бревенчатая птица
С крылом единственным – стоит, глаза смежив.

Я никому здесь не знаком,
А те, что помнили, давно забыли.
И там, где был когда-то отчий дом,
Теперь лежит зола да слой дорожной пыли.

Он говорит красно, как пишет,
Про жизнь, искусство, мастерство.
Но что он видит? Что он слышит?
И что он любит? Ни-че-го.

За книгой он не видит жизни,
За словом – настоящих дел.
И ничего в своей отчизне
Благословить он не хотел.

Любя возвышенные бредни,
Он не своим живет умом,
И комфортабельной передней
Он предпочесть готов свой дом.

Я покинул родимый дом,
Голубую оставил Русь.
В три звезды березняк над прудом
Теплит матери старой грусть.

Золотою лягушкой луна
Распласталась на тихой воде.
Словно яблонный цвет, седина
У отца пролилась в бороде.

Я не скоро, не скоро вернусь!
Долго петь и звенеть пурге.
Стережет голубую Русь
Старый клен на одной ноге,

И я знаю, есть радость в нем
Тем, кто листьев целует дождь,
Оттого, что тот старый клен
Головой на меня похож.

Топи да болота,
Синий плат небес.
Хвойной позолотой
Взвенивает лес.

Тенькает синица
Меж лесных кудрей,
Темным елям снится
Гомон косарей.

По лугу со скрипом
Тянется обоз –
Суховатой липой
Пахнет от колес.

Слухают ракиты
Посвист ветряной…
Край ты мой забытый,
Край ты мой родной!..

Хотя проклинает проезжий
Дороги моих побережий,
Люблю я деревню Николу,
Где кончил начальную школу!

Бывает, что пылкий мальчишка
За гостем приезжим по следу
В дорогу торопится слишком:
– Я тоже отсюда уеду!

Среди удивленных девчонок
Храбрится, едва из пеленок:
– Ну что по провинции шляться?
В столицу пора отправляться!

Когда ж повзрослеет в столице,
Посмотрит на жизнь за границей,
Тогда он оценит Николу,
Где кончил начальную школу…

И современники, и тени
в тиши беседуют со мной.
Острее стало ощущенье
Шагов Истории самой.

Она своею тьмой и светом
меня омыла и ожгла.
Все явственней ее приметы,
понятней мысли и дела.

Мне этой радости доныне
не выпадало отродясь.
И с каждым днем нерасторжимей
вся та преемственная связь.

Как словно я мальчонка в шубке
и за тебя, родная Русь,
как бы за бабушкину юбку,
спеша и падая, держусь.

Не с теми я, кто бросил землю
На растерзание врагам.
Их грубой лести я не внемлю,
Им песен я своих не дам.

Но вечно жалок мне изгнанник,
Как заключенный, как больной.
Темна твоя дорога, странник,
Полынью пахнет хлеб чужой.

А здесь, в глухом чаду пожара
Остаток юности губя,
Мы ни единого удара
Не отклонили от себя.

И знаем, что в оценке поздней
Оправдан будет каждый час…
Но в мире нет людей бесслезней,
Надменнее и проще нас.

В этом мире я только прохожий,
Ты махни мне веселой рукой.
У осеннего месяца тоже
Свет ласкающий, тихий такой.

В первый раз я от месяца греюсь,
В первый раз от прохлады согрет,
И опять и живу и надеюсь
На любовь, которой уж нет.

Это сделала наша равнинность,
Посоленная белью песка,
И измятая чья-то невинность,
И кому-то родная тоска.

Потому и навеки не скрою,
Что любить не отдельно, не врозь –
Нам одною любовью с тобою
Эту родину привелось.

Край любимый! Сердцу снятся
Скирды солнца в водах лонных,
Я хотел бы затеряться
В зеленях твоих стозвонных.

По меже, на переметке,
Резеда и риза кашки.
И вызванивают в четки
Ивы – кроткие монашки.

Курит облаком болото,
Гарь в небесном коромысле.
С тихой тайной для кого-то
Затаил я в сердце мысли.

Все встречаю, все приемлю,
Рад и счастлив душу вынуть.
Я пришел на эту землю,
Чтоб скорей ее покинуть.

Среди бесчисленных светил
Я вольно выбрал мир наш строгий
И в этом мире полюбил
Одни весёлые дороги.

Когда тревога и тоска
Мне тайно в душу проберётся,
Я вглядываюсь в облака,
Пока душа не улыбнётся.

И если мне порою сон
О милой родине приснится,
Я так безмерно удивлён,
Что сердце начинает биться.

Ведь это было так давно
И где-то там, за небесами.
Куда мне плыть – не всё ль равно,
И под какими парусами?

В годины праздных испытаний,
В годины мертвой суеты –
Затверденей алмазом брани
В перегоревших углях – Ты.
Восстань в сердцах, сердца исполни!
Произрастай, наш край родной,
Неопалимой блеском молний,
Неодолимой купиной.
Из моря слез, из моря муки
Судьба твоя – видна, ясна:
Ты простираешь ввысь, как руки,
Свои святые пламена –
Туда, – в развалы грозной эры
И в визг космических стихий, –
Туда, – в светлеющие сферы,
В грома летящих иерархий.

Вешняя,
бодрая,
Вечная,
добрая,
Трактором
вспахана
Счастьем
засеяна –
Вся на глазах она
С юга
до севера!
Родина милая,
Родина русая,
Мирная-мирная
Русская-русская...

Из крови, пролитой в боях,
Из праха обращённых в прах,
Из мук казнённых поколений,
Из душ, крестившихся в крови,
Из ненавидящей любви,
Из преступлений, исступлений –
Возникнет праведная Русь.

Я за неё за всю молюсь
И верю замыслам предвечным:
Её куют ударом мечным,
Она мостится на костях,
Она святится в ярых битвах,
На жгучих строится мощах,
В безумных плавится молитвах.

Ласточки-певуньи
Над моим окном
Лепят, лепят гнёздышко...
Знаю, скоро в нём
Птенчики появятся,
Станут голосить,
Будут им родители
Мошкару носить.
Выпорхнут малютки
Летом из гнезда,
Полетят над миром,
Но они всегда
Будут знать и помнить,
Что в краю родном
Их приветит гнёздышко
Над моим окном.

Воздух лазорево-синий.
Степи, дубравы, жнивьё –
Всё это наша Россия –
Гордое счастье моё.

Все твои были и сказки
В душах веками живут.
Столько надежды и ласки
Русские песни несут!

Где бы меня не спросили,
Я повторю вновь и вновь:
Наша родная Россия –
Вера моя и любовь.

Как бы ни била эпоха –
Я неразлучен с тобой,
И до последнего вздоха
Весь до кровиночки твой!

В мире, ревущем:
– Слава грядущим!
Что во мне шепчет:
– Слава прошедшим!

Вам, проходящим,
В счет не идущим,
Чад не родящим,
Мне – предыдущим.

С клавишем, с кистью ль
Спорили, с дестью ль
Писчею – чисто
Прожили, с честью.

Белые – краше
Снега сокровищ –
Волосы – вашей
Совести – повесть.

Золотое поле,
Голубая высь –
Здешний мир с надзвёздным
В красоте слились.

Душу наполняет
Чистота берез.
Матерь открывает
Сердце песней грез.

Звонницей далекой
Воздух напоен.
Ладой солнцеокой
Мир преображен.

Ты явись, родная,
В огненной волне.
Да пребудет с нами
Свет Любви к Тебе!

Цвети, отечество святое,
Сынам любезное, драгое!
Мы все боготворим тебя
И в жертву принести себя
Для пользы твоея готовы.

Ах! смерть ничто, когда оковы
И стыд грозят твоим сынам!
Так древле Кодры умирали,
Так Леониды погибали
В пример героям и друзьям.
Союз родства и узы крови
Не так священны для сердец,
Как свят закон твоей любови.
Оставит милых чад отец,
И сын родителя забудет,
Спеша отечеству служить;
Умрет он, но потомство будет
Героя полубогом чтить.

Есть такое чудо:
Край, навек любимый,
Над рекой под клёном
Отчий дом родимый...
Видя это чудо,
Сердце жарко бьётся,
В жизни это чудо –
Родиной
Зовётся!..

Есть такое слово,
Нет его дороже:
В нём – поля и горы,
В нём – сады и рощи...
Вспомнив это слово,
Сердце сладко бьётся,
В жизни это слово –
Родиной
Зовётся!

Откуда начинается Россия?
С Курил? С Камчатки? Или с Командор?
О чем грустят глаза ее степные
Над камышами всех ее озер?
Россия начинается с пристрастья
к труду,
к терпенью,
к правде,
к доброте.
Вот в чем ее звезда. Она прекрасна!
Она горит и светит в темноте.
Отсюда все дела ее большие,
Ее неповторимая судьба.
И если ты причастен к ней –
Россия
Не с гор берет начало, а с тебя!

Великая, не знающая края,
взлетающая, падать не боясь,
единственная, вдребезги родная
красавица, низвергнутая в грязь,
простуженная, хриплая, босая,
не верящая больше ни во что,
способная и жить, и умереть играя, –
та, без которой мы никто, –
в последний раз, коль суждено судьбою,
не плача, не страшась и не скорбя,
дышать, мечтать, молиться перед боем
Тобою
о Тебе
и за Тебя!

Косы русы, очи сини,
Белой лебедью плывёт,
Дева юная России
Входит в летний хоровод.

Сарафан расшит узором,
Ленты алые горят,
Русским духом и простором
Дышит девичий наряд.

Промелькнёт в губах усмешка,
Изогнёт лукаво бровь,
С чувством нежным и неспешно
Песнь затянет про любовь.

И, потупив очи сини,
Тихо к молодцу прильнёт...
Где ты, та пора России,
Где ты, светлый хоровод?

Шумят весною ливни.
Снег серебрится зимний,
Колосья клонит летний ветер.
Земля моя родная,
Ей нет конца и края,
Одна такая есть на свете.

Она давала силу,
Когда нам трудно было,
Она вела сынов на бой!
Все в жизни может статься,
Но Родиною зваться
Всегда лишь ей одной,
Всегда лишь ей одной!
Чтоб крылья вырастали,
Даны нам эти дали.
Вглядись в них пристальней, вглядись.

А жизнь бывает разной,
А жизнь не только праздник,
Но как прекрасна жизнь!
Но как прекрасна жизнь!

Краев чужих неопытный любитель
И своего всегдашний обвинитель,
Я говорил: в отечестве моем
Где верный ум, где гений мы найдем?
Где гражданин с душою благородной,
Возвышенной и пламенно свободной?
Где женщина – не с хладной красотой,
Но с пламенной, пленительной, живой?
Где разговор найду непринужденный,
Блистательный, веселый, просвещенный?
С кем можно быть не хладным, не пустым?
Отечество почти я ненавидел –
Но я вчера Голицыну увидел
И примирен с отечеством моим.

Мы живем, под собою не чуя страны,
Наши речи за десять шагов не слышны,
А где хватит на полразговорца,
Там припомнят кремлёвского горца.

Его толстые пальцы, как черви, жирны,
А слова, как пудовые гири, верны,
Тараканьи смеются усища,
И сияют его голенища.

А вокруг него сброд тонкошеих вождей,
Он играет услугами полулюдей.
Кто свистит, кто мяучит, кто хнычет,
Он один лишь бабачит и тычет,
Как подкову, кует за указом указ –
Кому в пах, кому в лоб, кому в бровь, кому в глаз.
Что ни казнь у него – то малина
И широкая грудь осетина.

Будь, Россия, всегда Россией
И не плачь, припав к другим на грудь.
Будь свободной, гордой и красивой,
Если нас не будет, будь!

Родились мы в стране самой снежной,
Но зато в самой нежной стране,
Не безгрешной, правда, но безбрежной,
С русской песней наравне.

Разве совесть в лагерной могиле?
Будут жить и мужество и честь.
Для того чтоб счастливы мы были,
Всё у нас в России есть.

Россияне, все вместе мы сила.
Врозь нас просто с планеты стряхнуть.
Да хранит Господь тебя, Россия,
Если нас не будет, будь!

ПриРОДа вокруг – это речка и лес,
И дятел, и лис, и простор до небес,
И где мы растём год от года.
Всё это и будет приРОДа.

А РОДина – место, где мы РОДились,
Где речка и лес наш, и дятел, и лис
Живут и растут возле дома,
И РОДиной это зовём мы.

Конечно же, мамы РОДили всех нас
На РОДине, среди приРОДы,
Там, где встречаем мы все каждый раз
С друзьями своими восходы.

И если сказать: на ПРИРОДе сейчас,
То это – ПРИ РОДине значит,
Где дом наш и мама, РОДившая нас,
Где путь наш в хорошее начат.

Что же такое «мы»?
Мы – из лесов безбрежных.
Мы – из блокадной тьмы.
Мы – из стихов сгоревших.

Из невысоких изб.
Песенного всесилья.
Мы – из бессмертия.
Из плоти ...

Мы от свинцовых розг
Падали в снег с разбега.
Но – поднимались в рост,
Звонкие, как победа!

Как продолжение дня,
Шли тяжело и мощно...
Можно убить меня.
Нас убить невозможно!

Звезда полей, во мгле заледенелой
Остановившись, смотрит в полынью.
Уж на часах двенадцать прозвенело,
И сон окутал родину мою...

Звезда полей! В минуты потрясений
Я вспоминал, как тихо за холмом
Она горит над золотом осенним,
Она горит над зимним серебром...

Звезда полей горит, не угасая,
Для всех тревожных жителей земли,
Своим лучом приветливым касаясь
Всех городов, поднявшихся вдали.

Но только здесь, во мгле заледенелой,
Она восходит ярче и полней,
И счастлив я, пока на свете белом
Горит, горит звезда моих полей...

Занялася заря расписная,
Выхожу за околицу я.
С добрым утром, сторонка родная –
Дорогая Отчизна моя.

Дружно двинулись в поле артели,
Труд кипит от села до села.
Топоры по лесам зазвенели,
Тишина за курганы ушла.

Пароходы стоят под погрузкой
У причалов разбуженных рек,
И о Волге, красавице русской,
Вдохновенно поёт человек.

Льются песни потоком незримым
К звёздам счастья – к седому Кремлю.
Я люблю тебя, край мой родимый,
Неизменно, по-русски, люблю!

Черная, потом пропахшая выть!
Как мне тебя не ласкать, не любить?

Выйду на озеро в синюю гать,
К сердцу вечерняя льнет благодать.

Серым веретьем стоят шалаши,
Глухо баюкают хлюпь камыши.

Красный костер окровил таганы,
В хворосте белые веки луны.

Тихо, на корточках, в пятнах зари
Слушают сказ старика косари.

Где-то вдали, на кукане реки,
Дремную песню поют рыбаки.

Оловом светится лужная голь…
Грустная песня, ты – русская боль.

Нет Родины моей милей на свете –
Озера, реки, солнышко, что светит,
Родных просторов края не видать
На самой голубой из всех планете.

Мелькнет за белым облаком звезда,
Огнями ночью светят города...
Люблю и лето, и весну, и осень,
И дни зимы, что дед Мороз приносит.

Мы рождены, чтоб Родину любить,
Мы рождены, чтоб ей одной служить.
Мы рождены, чтобы отчизне нашей
Достойными сынами быть!
Сердца во имя Родины стучат,
Сердца во имя Родины горят.

И память о героях, в битвах павших,
Навеки юные сердца хранят!

Начинается Родина с памяти,
С почитанья истоков своих,
С герба, гимна, Российского знамени,
С уваженья заветов святых.

Начинается с русской истории,
Что описывал Нестор-монах,
Благовеста с степными просторами,
Шапки той, что носил Мономах.

Начинается Родина с Пушкина,
Чудных сказок, что прелесть одна,
Деревень с их кривыми избушками,
Где жива всё ещё старина.

Начинается Родина с детства,
С материнской, отцовской любви,
Школьной парты, букетов цветистых,
Что учителю мы принесли.

Мой друг, не зови меня в солнечный рай –
Мне там не прожить и недели –
Ничто не заменит отеческий край,
Подаренный мне с колыбели…

Морозцем в снегах мне смеялась заря,
Стучались в окошко рябины,
Парила под плугом весною земля…
Как это забыть на чужбине?..

Озер, вольных рек и морей окоем
Наполнил глаза мои синью…
Пока я живу – вечно в сердце моем
Смеется и плачет Россия…

Ее доброта, состраданье ее
Меня с колыбели носили…
И даже в раю мне не жить без нее –
Моей светлоокой России!..

Не тяжел он, чемодан-то,
У бедняги эмигранта.

Мешочек с родной деревенской землицей,
Чтобы не слишком скучать за границей.

Смена одежи, хлеб и лимон –
Вот чем его чемодан нагружён.

Дома – в деревне – осталось немало:
Сердце никак в чемодан не влезало.

Сердце с землей не хотело расстаться.
Вот и пришлось ему дома остаться.

Верной собакой остаться средь поля,
Что не могло накормить его вволю.

Вон это поле – полоска земли...
Да и полоска скрылась вдали!

Россия счастие. Россия свет.
А, может быть, России вовсе нет.

И над Невой закат не догорал,
И Пушкин на снегу не умирал,

И нет ни Петербурга, ни Кремля –
Одни снега, снега, поля, поля…

Снега, снега, снега… А ночь долга,
И не растают никогда снега.

Снега, Снега, снега… А ночь темна,
И никогда не кончится она.

Россия тишина. Россия прах.
А, может быть, Россия – только страх.

Веревка, пуля, ледяная тьма
И музыка, сводящая с ума.

Веревка, пуля, каторжный рассвет
Над тем, чему названья в мире нет.

Мы играем возле дома
И зимой, и летом.
Все давным-давно знакомы
В милом доме этом!

Посмотри, как хорош
Дом, в котором ты живёшь!

Слышишь, улица родная,
Нет тебя чудесней!
Мы по улице шагаем
Вместе с нашей песней!

Посмотри, как хорош
Город тот, где ты живёшь!

Нашим самым дружным хором
Песенка поётся.
Дом, и улица, и город
Родиной зовётся!

Посмотри, как хорош
Край, в котором ты живёшь!

Мне о России надо говорить,
Да так, чтоб вслух стихи произносили,
Да так, чтоб захотелось повторить,
Сильнее всех имён сказать: Россия!

Сильнее всех имён произнести,
Сильнее матери, любви сильнее
И на устах отрадно пронести
К поющим волнам, что вдали синеют.

Не раз наедине я был с тобой,
Просил участья, требовал совета,
И ты всегда была моей судьбой,
Моей звездой, неповторимым светом.

Он мне сиял из материнских глаз,
И в грудь вошёл, и в кровь мою проник,
И если б он в груди моей погас,
То сердце б разорвалось в тот же миг!

Смоленск и Тула, Киев и Воронеж
Своей прошедшей славою горды,
Где нашу землю посохом ни тронешь,
Повсюду есть минувшего следы.

Нас дарит кладами былое время:
Копни лопатой – и найдешь везде
Тут, в Данциге, откованное стремя,
А там – стрелу, каленную в Орде.

Зарыли в землю много ржавой стали
Все, кто у нас попировал в гостях!
Как памятник стоит на пьедестале,
Так встала Русь на вражеских костях.

К нам, древней славы неусыпным стражам,
Взывает наше прошлое, веля,
Чтоб на заржавленном железе вражьем
И впредь стояла русская земля!

Леса России сотканы из песен,
Поля прогреты музыкой небес,
Находками здесь каждый день чудесен
Для музыкантов, зодчих, поэтесс.

Таланты песней укрепляют лодки,
А музыкой дорожки между звёзд.
В реке любви находят самородки,
Поэмы достают из птичьих гнёзд.

Луч солнечный талантам дарит кисти,
А радуга – палитры для холстов…
Творцы дороги снегом белым чистят,
Друзей приобретают у костров.

Талантам предстоит очистить небо
От ядов подлой лжи и клеветы,
Чтоб стали облака белее снега,
И не было карающей беды.

– Россия, о!
Какие там пространства! –
Пусть так о ней кричат за рубежом.
Для нас Россия – это постоянство
В любви и гневе,
В малом и в большом.

Я гимн могу сложить простой осине.
И будет чист и искренен мой стих.
Но, думая о матушке России,
Я думаю о земляках своих.

О земляках не только по прописке,
О земляках, родных мне по земле.
По той земле, где встали обелиски
Чуть ли не в каждом маленьком селе.

О земляках, с которыми сроднила
Россия нас – простая, как мечта, –
И чьей любовью, мужеством и силой
Она, как знамя, к звёздам поднята!

По улицам с детства знакомым
Иду я сегодня опять
И каждому саду, и каждому дому
Мне хочется «здравствуй!» сказать.

Здравстуй, город мой родной, мой город, мой город!
Ты, словно сад, расцветаешь весной, любимый мой город!
По ленте бульваров зелёных, где столько простора и света,
Когда-то бродил я, влюблённый, всю ночь до рассвета.

Я старых знакомых встречаю
У новых домов над рекой.
И кажется мне, будто юность
Шагает по улице рядом со мной.

Пришлось повидать мне на свете
Немало и стран, и морей,
Но снились ночами мне улицы эти
С весёлым огнём фонарей.

Она – печальна, с ней и я.
Болеет Родина моя –
Болеют села, города,
Болеет мёрзлая вода…

Болеет снег, мороз болеет,
Дороги, что утомлены…
Декабрь: последняя неделя
И всеотсутствие весны.

Но где-то в середине книги,
Там в самом-самом корешке –
В обычном – странника мешке –
Её всехвальные вириги
Хранятся. Стоит их надеть –
Со скорбию – преобразится
Она!
И к Свету устремится
Москва! Запомни имя птицы
Той, что позволено лететь!

В заветных ладанках не носим на груди,
О ней стихи навзрыд не сочиняем,
Наш горький сон она не бередит,
Не кажется обетованным раем.

Не делаем ее в душе своей
Предметом купли и продажи,
Хворая, бедствуя, немотствуя на ней,
О ней не вспоминаем даже.

Да, для нас это грязь на калошах,
Да, для нас это хруст на зубах.
И мы мелем, и месим, и крошим
Тот ни в чем не замешанный прах.

Но ложимся в нее и становимся ею,
Оттого и зовем так свободно – своею.

Ты прости меня, Россия, на чужбине
Больше я не в силах жить твоей святыней.
Слишком рано отнят от твоей груди,
Я не помню, что осталось позади.
Если я когда-нибудь увижу снова
И носильщиком, и надпись «Вержболово»,
Мутный, ласковый весенний день,
Талый снег и горечь деревень,
На дворе церковном бурые дорожки
И березки хилой тонкие сережки, –
Я пойму, как пред тобой я нищ и мал,
Как я много в эти годы растерял.
И тогда, быть может, соберу я снова
Все, что сохранилось детского, родного,
И отдам тебе остатки прежних сил,
Что случайно я сберег и утаил.

Все, чем жив, что ведаю и знаю,
Что добыл в походе и в бою,
Моему отеческому краю
В доброе наследство отдаю.

Отдаю весну родной станицы,
С грозовою верностью сердец,
Зрелый колос радужной пшеницы
И цветок казачий воронец.

Край родной!.. Сады твои и нивы,
Цепи гор, седая даль морей…
Был бы ты, а мы-то будем живы
Щедростью и радостью твоей.

Чем богат, что ведаю и знаю.
Что добыл в походе и в бою –
Дорогому солнечному краю
В вечное наследство отдаю.

Много тобой пройдено
Русских дорог глухих.
Ныне же вся родина
Причащается тайн твоих.

Все мы твои причастники,
Смилуйся, допусти! –
Кровью своей причастны мы
Крестному твоему пути.

Чаша сия – полная,
– Причастимся Святых даров! –
Слёзы сии солоны,
– Причастимся Святых даров! –

Тянут к тебе матери
Кровную кровь свою.
Я же – слепец на паперти –
Имя твоё пою.

И снова голос нежный,
И снова тишина,
И гладь равнины снежной
За стеклами окна.

Часы стучат так мерно,
Так ровен плеск стихов.
И счастье снова верно,
И больше нет грехов.

Я бросил их: я дома, –
Не манит путь назад.
Здесь все душе знакомо...
Я нежно, грустно рад.

Мои неясны грезы,
Я только тихо нов...
Закат рассыпал розы
По савану снегов.

Как велика моя земля,
Как широки просторы!
Озера, реки и поля,
Леса, и степь, и горы.

Раскинулась моя страна
От севера до юга:
Когда в одном краю весна,
В другом – снега и вьюга.

Когда глухая ночь у нас
Чернеет за оконцем,
Дальневосточный край в тот час
Уже разбужен солнцем.

И поезд по стране моей
К границе от границы
Не меньше чем за десять дней –
И то едва домчится…

Нет края на свете красивей,
Нет Родины в мире светлей!
Россия, Россия, Россия, -
Что может быть сердцу милей?

Кто был тебе равен по силе?
Терпел пораженья любой!
Россия, Россия, Россия, –
Мы в горе и счастье – с тобой!

Россия! Как Синюю птицу,
Тебя бережём мы и чтим,
А если нарушат границу,
Мы грудью тебя защитим!

И если бы нас вдруг спросили:
«А чем дорога вам страна?»
– Да тем, что для всех нас Россия,
Как мама родная, – одна!

– Что значит «Родина моя»? –
Ты спросишь. Я отвечу:
Сначала тропочкой земля
Бежит тебе навстречу.

Потом тебя поманит сад
Душистой веткой каждой.
Потом увидишь стройный ряд
Домов многоэтажных.

Потом пшеничные поля
От края и до края.
Всё это – Родина твоя,
Земля твоя родная.

Чем старше станешь и сильней,
Тем больше пред тобою
Она заманчивых путей
Доверчиво раскроет.

Тебе одной плету венок,
Цветами сыплю стежку серую.
О Русь, покойный уголок,
Тебя люблю, тебе и верую.

Гляжу в простор твоих полей,
Ты вся – далекая и близкая.
Сродни мне посвист журавлей
И не чужда тропинка склизкая.

Цветет болотная купель,
Куга зовет к вечерне длительной,
И по кустам звенит капель
Росы холодной и целительной.

И хоть сгоняет твой туман
Поток ветров, крылато дующих,
Но вся ты – смирна и ливан
Волхвов, потайственно волхвующих.

О пашни, пашни, пашни,
Коломенская грусть.
На сердце день вчерашний,
А в сердце светит Русь.

Как птицы свищут версты
Из-под копыт коня.
И брызжет солнце горстью
Свой дождик на меня.

О край разливов грозных
И тихих вешних сил,
Здесь по заре и звездам
Я школу проходил.

И мыслил и читал я
По библии ветров,
И пас со мной Исайя
Моих златых коров.

Если скажут слово «родина»,
Сразу в памяти встаёт
Старый дом, в саду смородина,
Толстый тополь у ворот.

У реки берёзка – скромница
И ромашковый бугор...
А другим, наверно, вспомнится
Свой родной московский двор.

В лужах первые кораблики,
Где недавно был каток,
И большой соседней фабрики
Громкий радостный гудок.

Или степь, от маков красная,
Золотая целина...
Родина бывает разная,
Но у всех она одна!

То берёзка, то рябина,
Куст ракиты над рекой.
Край родной, навек любимый,
Где найдёшь ещё такой!

От морей до гор высоких,
Посреди родных широт –
Всё бегут, бегут дороги,
И зовут они вперёд.

Солнцем залиты долины,
И куда ни бросишь взгляд –
Край родной, навек любимый,
Весь цветёт, как вешний сад.

Детство наше золотое!
Всё светлей ты с каждым днём
Под счастливою звездою
Мы живём в краю родном!

Живут в России разные
Народы с давних пор:
Одним тайга по нраву,
Другим степной простор.

У каждого народа
Язык свой и наряд,
Один черкеску носит,
Другой надел халат.

Один рыбак с рожденья,
Другой оленевод,
Один кумыс готовит,
Другой готовит мёд.

Одним милее осень,
Другим милей весна
А Родина – Россия
У нас у всех одна!

А Родину любить –
Великая наука.
Хорошие к тому
Нужны учителя.

Чтоб просыпался дух
От пламенного звука
Курантов зоревых
Московского Кремля.

Я полюбил в церквах
Таинственные фрески,
Молчание – с войны
Вернувшихся солдат.

И я светлел душой
В березовом подлеске,
Где тихо шелестел
Прощальный листопад.

Что Родиной моей зовется?
Себе я задаю вопрос.
Река, что за домами вьется,
Иль куст кудрявых красных роз?

Вон та осенняя березка?
Или весенняя капель?
А может радуги полоска?
Или морозный зимний день?

Все то, что с детства рядом было?
Но это станет все пустяк
Без маминой заботы милой,
И без друзей мне все не так.

Так вот что Родиной зовется!
Чтоб были рядышком всегда
Все, кто поддержит, улыбнется,
Кому нужна и я сама!

Алый мрак в небесной черни
Начертил пожаром грань.
Я пришел к твоей вечерне,
Полевая глухомань.

Ой, легка моя кошница,
А глаза синее дня.
Знаю, мать-земля черница,
Все мы – тесная родня.

Разошлись мы в даль и шири
Под лазоревым крылом.
Но сзовет нас из псалтыри
Заревой заре псалом.

И придем мы с земляникой,
Очертивши темью даль,
У полей родного лика
Позабыть свою печаль.

Великий выход на чужбину,
как дар божественный, ценя,
веселым взглядом мир окину,
отчизной ставший для меня.

Отраду слов скупых и ясных
прошу я Господа мне дать, –
побольше странствий, встреч опасных,
в лесах подальше заплутать.

За поворотом, ненароком,
пускай найду когда-нибудь
наклонный свет в лесу глубоком,
где корни переходят путь, –

то теневое сочетанье
листвы, тропинки и корней,
что носит для души названье
России, родины моей.

Святое царство правды строится
В родимой стороне.
Незримой много силы кроется
В народной глубине!

Вставайте ж, новые работники,
Рожденные в борьбе!
Поэты, пахари и плотники,
Мы вас зовем к себе!

Там, над Днестром, во мгле туманной,
Все с той же песнью боевой,
Все той же поступью чеканной
Советский ходит часовой!

Встань, рать подвижников суровая,
Грядущего оплот!
Расти и крепни, завязь новая,
И дай нам зрелый плод!

О край дождей и непогоды,
Кочующая тишина,
Ковригой хлебною под сводом
Надломлена твоя луна!

За перепаханною нивой
Малиновая лебеда.
На ветке облака, как слива,
Златится спелая звезда.

Опять дорогой верстовою,
Наперекор твоей беде,
Бреду и чую яровое
По голубеющей воде.

Клубит и пляшет дым болотный…
Но и в кошме певучей тьмы
Неизреченностью животной
Напоены твои холмы.

Говорю не с горечью, не с болью,
но, презрев наивное вранье:
самой безответною любовью
любим мы отечество свое.

То ли у него нас слишком много…
И не стоит спрашивать так строго,
требовать, грубить и теребить.
Разве брошен, позабыт, несчастен
каждый, кто к отечеству причастен
долгом и достоинством – любить?

И пускай оно не отвечает,
нас не замечает, не венчает…
Ну а мы в просторах долгих лет
понимаем и с плеча не рубим.
Просто любим.
Безответно любим.
Но сама любовь –
и есть ответ.

Любите Родину, любите –
Россию – Родину свою!
Ей честь и славу возносите
И в перемирьях, и в бою.

Во дни истории свершений –
Во дни потерь, во дни побед
Россия – книга откровений –
Вам дарит свой всезримый свет.

Прекрасен мир, велики страны,
Но есть средь них одна, что – мать,
Способная и боль, и раны
Своей любовью пеленать –

Россия! Та, что неподъемный
Свой Крест безропотно несет.
Тот самый – никогда несъемный –
Тот, что однажды мир спасет!

Храни огонь родного очага
И не позарься на костры чужие!
Таким законом наши предки жили
И завещали нам через века:
«Храни огонь родного очага!»

Лелей лоскут отеческой земли,
Как ни болотист, как ни каменист он.
Не потянись за черноземом чистым,
Что до тебя другие обрели.
Лелей лоскут отеческой земли!

И если враг задумает отнять
Твоим трудом взлелеянное поле,
Не по страничке, что учили в школе,
Ты будешь знать, за что тебе стоять...
Ты будешь знать, за что тебе стоять!

В лугах ромашковых, в березовых краях,
Мне светит солнцем ясным Родина моя.
Я по земле родной хожу – не нахожусь,
Я волей вольною дышу – не надышусь!

Родина моя, ясноглазая,
Ты неразлучна со мной.
С малых лет к тебе привязан я
Словно к матери родной.

Мне посчастливилось родиться на Руси,
И я готов хоть на руках ее носить.
Готов ей верой правдою служить
И за нее хоть буйну голову сложить.

Родина моя, ясноглазая,
Ты неразлучна со мной.
С малых лет к тебе привязан я
Словно к матери родной.

Как центростремительная сила,
Жизнь меня по всей земле носила!

За морями, полными задора,
Я душою был нетерпелив,–
После дива сельского простора
Я открыл немало разных див.

Нахлобучив «мичманку» на брови,
Шел в театр, в контору, на причал.
Полный свежей юношеской крови,
Вновь, куда хотел, туда и мчал...

Но моя родимая землица
Надо мной удерживает власть,–
Память возвращается, как птица,
В то гнездо, в котором родилась,

И вокруг любви непобедимой
К селам, к соснам, к ягодам Руси
Жизнь моя вращается незримо,
Как Земля вокруг своей оси!..

Небо окунула в реки синие,
Широко раскинула поля
Самая красивая и сильная,
Ласковая самая земля.

Пусть не обойти мне даже мысленно
Эти необъятные края, –
Каждая росинка серебристая,
Каждая травинка здесь моя.

Мне легко под этим небом дышится,
Счастлив я, что есть такой простор.
Пусть негромкий голос мой услышится,
Прежде чем вольётся в общий хор.

Скажешь: «Люби еще сильнее!» –
Буду любить еще сильней!
Родиной тебя зову своею,
Потому что нет земли родней.

Над Россией моей соловьиное небо,
Над Россией моей тёплых звёзд янтари.
Я Россию люблю в искрах чистого снега,
В тополиной пурге, в разноцветье зари.

Тают в дымке леса, мёдом пахнет роса –
Ничего на Земле нет добрей и красивей,
А Россия всегда, как любовь, молода,
И не властны года над моею Россией.

Над Россией моей тучи тьмой нависали,
Но сильней после гроз становилась она,
И надёжно живёт под её небесами,
Тишина юных лет, трав степных тишина.

Над Россией моей льётся свежесть прохлады,
Светом солнце зажгло золотые стога.
И навеки милы русских рощ листопады,
И Россия, как мать, мне навек дорога.

Завела метель песню русскую,
Заплела любовь косу русую,
Зазвенел рассвет над землёй родной, -
Нераздельны судьбы с тобой!

Здесь гармошек стон за сердца берёт,
А гуляют так, что снега в размёт,
Здесь влюбляются до беспамятства,
Песни здесь поют до утра.

Если снег тебе с колыбели пел,
Значит, будешь ты в лихолетье смел.
Если дорог клён за твоим окном,
Значит, счастье в доме твоём.

Ширь полей хмельных,
Даль дорог степных,
Запах горьких трав,
Тишина дубрав.
Без тебя прожить не смогу ни дня,
Синеглазая мать-земля моя!

Родимая земля – дороже нет земли...
Тепло её в душе у нас хранится,
Особенно, когда мы от неё вдали,
Когда она всю ночь тихонько снится.

Родимая земля – мой праздник и покой,
Она одна поверит и поможет.
Как в детстве, я хочу прижаться к ней щекой –
Иного счастья нет и быть не может.

Родимая земля – достоинство моё,
Вся жизнь моя, не меньше и не больше...
Она всегда во мне, а я уйду в неё
Когда-нибудь. Хотелось бы попозже.

Земля моих отцов, земля родных людей,
Любовь моя, забота и награда!
Наверно, земли есть и краше и теплей,
Наверно, есть, но мне других не надо...

Родина… Особенное слово,
Родина у каждого – одна.
Родина – всему первооснова,
Жизнь этой – высь и глубина.

К Родине спешит навстречу птица:
Над землёй – была иль не была:
В одиночку. Или вереницей –
Не щадить ей тонкого крыла.

И вихрит стремительная трасса:
Мглу пробить – искомое найти,
А с крыла срывается пространство
И летит под острый клин пути.

Вот и я твержу святое слово:
Родина! Родная сторона…
Я, невечный, вечную основу
Сберегу, чтоб высилась она!

Тихой речки прозрачное устье.
Городок на горе. Купола…
Столько счастья, и боли, и грусти
Ты мне, Родина, с детства дала!

С детства жить привыкал я тобою.
Знал, что многое сдюжу, снесу,
Если сердце в ненастье любое
Будет чистым, как ландыш в лесу.

Мне чужие не надобны сани.
И душа оттого не пуста.
Я все песни твои и сказанья
Не забуду уже до креста.

И усну, очарованный Русью.
Ведь была она в сердце, была!..
Тихой речки прозрачное устье.
Городок на горе. Купола.

Я не хочу в заморское далёко,
В чужие страны, к чуждым берегам.
Мне мило всё, что видит рядом око:
Сосна, что в поле грезит одиноко,
Ключ, весело бегущий от истока,
Осенний лист, слетающий к ногам.

Мы Родины своей не замечаем,
Её озёр, её холмов и рек.
Мы в рощице берёзовой скучаем,
Не видим, сидя за вечерним чаем,
Как за окном прекрасен лунный снег.

Нам хочется куда-то, где атоллы,
Гробницы фараонов, их престолы,
Где острова чаруют жадный взор.
…А Пушкин рвался в Болдино, где долы
Ему шептали чудные глаголы,
Где в ряске пруд, где царственный простор.

В смиренном величье полей,
В могучем лесном бездорожье
Есть то, что всего нам милей,
Что целого мира дороже.

Чужой никогда не узрит
В печали степного дыханья,
Какой в ней источник сокрыт
И нашей любви, и страданья.

Не стоит страницы листать,
Не все там рассказано честно.
Ведь что ей пришлось испытать,
Лишь Господу Богу известно.

Коль с нею душою ты слит, –
Сквозь грозы, сквозь все неудачи
Россия опять устоит,
Ты только не думай иначе...

Так много васильковой сини
Над светлой рощицей простой.
Здесь лес и поле… Здесь Россия.
Здесь Пушкин, Лермонтов, Толстой.

И земляника в перелеске,
Черёмух вешних холодок,
Грачи и церкви… Достоевский,
Тургенев, Тютчев, Гоголь, Блок.

Здесь снежные бывают бури,
Шагнёшь – и не сыскать концов.
Но здесь Иван Шмелёв и Бунин,
Есенин, Шолохов, Рубцов.

Словесные набат и гусли.
Так было и так будет впредь.
Здесь можно и в любви, и в грусти
Любое сердце отогреть.

Я – русский.
Я из той породы,
Чья кровь смешалась с небом и травой.
Чьи прадеды в зелёный храм природы
Входили с непокрытой головой.

И молча били низкие поклоны
Клочку земли – в страду и в недород.
И Русь для них всегда была солёной,
Как слёзы жён или над бровью пот.

Всё помнит Русь –
И звоны стрел калёных,
И отсветы пожаров на снегу…

Мы входим в жизнь,
Открыто и влюблённо.
Уйдём – оставшись перед ней в долгу.

В звезде рубиновой,
Как в призме,
Дороги сходятся,
Лучась…
Россия,
Родина,
Отчизна –
Прочна понятий этих
Связь.
Она прочна и нерушима,
Как сила братского
Родства.
Как хлеб и соль –
Необходима,
Как сущность сложности –
Проста.

Бессмертное счастие наше
Россией зовется в веках.
Мы края не видели краше,
а были во многих краях.

Но где бы стезя ни бежала,
нам русская снилась земля.
Изгнание, где твое жало,
чужбина, где сила твоя?

Мы знаем молитвы такие,
что сердцу легко по ночам;
и гордые музы России
незримо сопутствуют нам.

Спасибо дремучему шуму
лесов на равнинах родных,
за ими внушенную думу,
за каждую песню о них.

Наш дом на чужбине случайной,
где мирен изгнанника сон,
как ветром, как морем, как тайной,
Россией всегда окружен.

Не надо нам земли чужой,
Свою мы создаем, –
И одарил ее водой
Могучий водоем.

Не засуху, не недород,
Не раскаленный прах –
Благоухание несет
Здесь ветер на крылах.

Не будет больше черных бурь,
Губящих как самум,
Увидит свежую лазурь
Пустыня Кара-Кум.

И дети, ясным вечерком
В тени гоня овец,
Уже не ведают, о чем
Печально пел отец…

Но что в моей стране труда
Теперь произошло,
То лучезарным навсегда
В историю вошло.

Гой ты, Русь, моя родная,
Хаты – в ризах образа…
Не видать конца и края –
Только синь сосет глаза.

Как захожий богомолец,
Я смотрю твои поля.
А у низеньких околиц
Звонно чахнут тополя.

Пахнет яблоком и медом
По церквам твой кроткий Спас.
И гудит за корогодом
На лугах веселый пляс.

Побегу по мятой стежке
На приволь зеленых лех,
Мне навстречу, как сережки,
Прозвенит девичий смех.

Если крикнет рать святая:
«Кинь ты Русь, живи в раю!»
Я скажу: «Не надо рая,
Дайте родину мою».

Чуть солнце пригрело откосы
И стало в лесу потеплей,
Береза зеленые косы
Развесила с тонких ветвей.

Вся в белое платье одета,
В сережках, в листве кружевной,
Встречает горячее лето
Она на опушке лесной.

Гроза ли над ней пронесется,
Прильнет ли болотная мгла, –
Дождинки стряхнув, улыбнется
Береза – и вновь весела.

Наряд ее легкий чудесен,
Нет дерева сердцу милей,
И много задумчивых песен
Поется в народе о ней.

Он делит с ней радость и слезы,
И так ее дни хороши,
Что кажется – в шуме березы
Есть что-то от русской души.

Край ты мой заброшенный,
Край ты мой, пустырь,
Сенокос некошеный,
Лес да монастырь.

Избы забоченились,
А и всех-то пять.
Крыши их запенились
В заревую гать.

Под соломой-ризою
Выструги стропил,
Ветер плесень сизую
Солнцем окропил.

В окна бьют без промаха
Вороны крылом,
Как метель, черемуха
Машет рукавом.

Уж не сказ ли в прутнике
Жисть твоя и быль,
Что под вечер путнику
Нашептал ковыль?

Родина слышит,
Родина знает,
Где в облаках ее сын пролетает.
С дружеской лаской, нежной любовью
Алыми звездами башен московских,
Башен кремлевских,
Смотрит она за тобою.

Родина слышит,
Родина знает,
Как нелегко ее сын побеждает,
Но не сдается, правый и смелый!
Всею судьбой своей ты утверждаешь,
Ты защищаешь
Мира великое дело.

Родина слышит,
Родина знает,
Что ее сын на дороге встречает,
Как ты сквозь тучи путь пробиваешь.
Сколько бы черная буря ни злилась,
Что б ни случилось,
Будь непреклонным, товарищ!

Так в великой нашей Отчизне
На глазах наших стал человек
Настоящим хозяином жизни,
Повелителем гор и рек,

Это он осушил трясины,
Черный ветер он задушил,
Города свои в сад соловьиный
Это он, трудясь, превратил.

И цветут лимонные рощи,
Солнцем радости озарены…
Не от слабости, а от мощи
Стал он грозным врагом войны.

И в устах его мудрое слово,
Лучезарное слово – мир, –
Что звучит как благовест новый,
Над простыми летя людьми,

Что звездой путеводной светит
Среди зарубежной тьмы
И ответ всех народов встретит:
«Мира ищем и жаждем мы!»

Кружились белые березки,
Платки, гармонь и огоньки,
И пели девочки-подростки
На берегу своей реки.

И только я здесь был не дома,
Я песню узнавал едва.
Звучали как-то по-иному
Совсем знакомые слова.

Гармонь играла с перебором,
Ходил по кругу хоровод,
А по реке в огнях, как город,
Бежал красавец пароход.

Веселый и разнообразный,
По всей реке, по всей стране
Один большой справлялся праздник,
И петь о нем хотелось мне.

Петь, что от края и до края,
Во все концы, во все края,
Ты вся моя и вся родная,
Большая Родина моя.

Тот город, мной любимый с детства,
В его декабрьской тишине
Моим промотанным наследством
Сегодня показался мне.
Всё, что само давалось в руки,
Что было так легко отдать:
Душевный жар, молений звуки
И первой песни благодать –
Всё унеслось прозрачным дымом,
Истлело в глубине зеркал…

И вот уж о невозвратимом
Скрипач безносый заиграл.
Но с любопытством иностранки,
Плененной каждой новизной,
Глядела я, как мчатся санки,
И слушала язык родной.
И дикой свежестью и силой
Мне счастье веяло в лицо,
Как будто друг от века милый
Всходил со мною на крыльцо.

Где алтарей не соружают
Святой к отечеству любви?
... где не почитают
Питать святой сей жар в крови?
Друзья! Меня вы уличите
И тот народ мне укажите,
Который бы ее не знал,
Оставивши страну родную
И удалясь во всем в чужую,
Тоски-в себе не ощущал?

Нет, нет везде равно пылает
В сердцах святой любви сей жар:
Ее хотя не понимает,
Но равно чувствует дикарь –
Необразованный индеец,
Как и ученый европеец.
Всегда и всюду ей был храм:
И в отдаленнейшие веки
От чиста сердца человеки
Несли ей жертву, как богам.

Ты тоже родился в России –
Краю полевом и лесном.
У нас в каждой песне – берёза,
Берёза – под каждым окном.

Берегите Россию –
Нет России другой,
Берегите её
Тишину и покой,
Это небо и солнце,
Этот хлеб на столе
И родное оконце
В позабытом селе…

Берегите Россию,
Без неё нам не жить.
Берегите её,
Чтобы вечно ей быть
Нашей правдой и силой,
Всею нашей судьбой.
Берегите Россию –
Нет России другой.

Высокий дуб. Глубокая вода.
Спокойные кругом ложатся тени.
И тихо так, как будто никогда
Природа здесь не знала потрясений!
И тихо так, как будто никогда
Здесь крыши сел не слыхивали грома!
Не встрепенется ветер у пруда,
И на дворе не зашуршит солома,
И редок сонный коростеля крик…
Вернулся я, – былое не вернется!
Ну что же? Пусть хоть это остается,
Продлится пусть хотя бы этот миг,
Когда души не трогает беда,
И так спокойно двигаются тени,
И тихо так, как будто никогда
Уже не будет в жизни потрясений,
И всей душой, которую не жаль
Всю потопить в таинственном и милом,
Овладевает светлая печаль,
Как лунный свет овладевает миром.

Помнишь тот горячий ключ,
Как он чист был и бегуч,
Как дрожал в нем солнца луч
И качался;
Как пестрел соседний бор,
Как белели выси гор,
Как тепло в нем звездный хор
Повторялся.
Обмелел он и остыл,
Словно в землю уходил,
Оставляя следом ил
Бледно-красный.
Долго-долго я алкал,
Жилу жаркую меж скал
С тайной ревностью искал,
Но напрасной.
Вдруг в горах промчался гром,
Потряслась земля кругом,
Я бежал, покинув дом,
Мне грозящий; –
Оглянулся, – чудный вид:
Старый ключ прошиб гранит
И над бездною висит,
Весь кипящий.

Кругом поля раздольные,
Широкие поля,
Где Волга многоводная –
Там родина моя.

Покрытые соломою
Избушки у реки,
Идут-бредут знакомые,
И едут мужики.

Ребята загорелые
На улице шумят.
И, словно вишни спелые,
Их личики горят.

Вдали село и сельский храм
Приветливо глядит,
А там опять к родным полям
Широкий путь лежит.

Идёшь, идёшь – и края нет
Далёкого пути,
И хочется мне белый свет
Обнять и обойти.

Чую Радуницу Божью –
Не напрасно я живу,
Поклоняюсь придорожью,
Припадаю на траву.

Между сосен, между елок,
Меж берез кудрявых бус,
Под венком, в кольце иголок,
Мне мерещится Исус.

Он зовет меня в дубровы,
Как во царствие небес,
И горит в парче лиловой
Облаками крытый лес.

Голубиный дух от бога,
Словно огненный язык,
Завладел моей дорогой,
Заглушил мой слабый крик.

Льется пламя в бездну зренья,
В сердце радость детских снов,
Я поверил от рожденья
В богородицын покров.

Запели тесаные дроги,
Бегут равнины и кусты.
Опять часовни на дороге
И поминальные кресты.

Опять я теплой грустью болен
От овсяного ветерка.
И на известку колоколен
Невольно крестится рука.

О Русь – малиновое поле
И синь, упавшая в реку, –
Люблю до радости и боли
Твою озерную тоску.

Холодной скорби не измерить,
Ты на туманном берегу.
Но не любить тебя, не верить –
Я научиться не могу.

И не отдам я эти цепи,
И не расстанусь с долгим сном,
Когда звенят родные степи
Молитвословным ковылем.

В этой деревне огни не погашены.
Ты мне тоску не пророчь!
Светлыми звездами нежно украшена
Тихая зимняя ночь.

Светятся тихие, светятся чудные,
Слышится шум полыньи...
Были пути мои трудные, трудные.
Где ж вы, печали мои?

Скромная девушка мне улыбается,
Сам я улыбчив и рад!
Трудное, трудное – все забывается,
Светлые звезды горят!

– Кто мне сказал, что во мгле заметеленной
Глохнет покинутый луг?
Кто мне сказал, что надежды потеряны?
Кто это выдумал, друг?

В этой деревне огни не погашены.
Ты мне тоску не пророчь!
Светлыми звездами нежно украшена
Тихая зимняя ночь...

Синее небо, цветная дуга,
Тихо степные бегут берега,
Тянется дым, у малиновых сел
Свадьба ворон облегла частокол.

Снова я вижу знакомый обрыв
С красною глиной и сучьями ив,
Грезит над озером рыжий овес,
Пахнет ромашкой и медом от ос.

Край мой! Любимая Русь и Мордва!
Притчею мглы ты, как прежде, жива.
Нежно под трепетом ангельских крыл
Звонят кресты безымянных могил.

Многих ты, родина, ликом своим
Жгла и томила по шахтам сырым.
Много мечтает их, сильных и злых,
Выкусить ягоды персей твоих.

Только я верю: не выжить тому,
Кто разлюбил твой острог и тюрьму…
Вечная правда и гомон лесов
Радуют душу под звон кандалов.

Вот говорят: Россия…
Реченьки да березки…
А я твои руки вижу,
узловатые руки,
жесткие.
Руки, от стирки сморщенные,
слезами горькими смоченные,
качавшие, пеленавшие,
на победу благословлявшие.
Вижу пальцы твои сведенные, –
все заботы твои счастливые,
все труды твои обыденные,
все потери неисчислимые…
Отдохнуть бы, да нет привычки
на коленях лежать им праздно…
Я куплю тебе рукавички,
хочешь – синие, хочешь – красные?
Не говори «не надо», –
мол, на что красота старухе?
Я на сердце согреть бы рада
натруженные твои руки.
Как спасенье свое держу их,
волнения не осиля.
Добрые твои руки,
прекрасные твои руки,
матерь моя, Россия!

О, неподатливый язык!
Чего бы попросту – мужик,
Пойми, певал и до меня:
«Россия, родина моя!»

Но и с калужского холма
Мне открывалася она –
Даль, тридевятая земля!
Чужбина, родина моя!

Даль, прирожденная, как боль,
Настолько родина и столь –
Рок, что повсюду, через всю
Даль – всю ее с собой несу!

Даль, отдалившая мне близь,
Даль, говорящая: «Вернись
Домой!» Со всех – до горних звезд –
Меня снимающая мест!

Недаром, голубей воды,
Я далью обдавала лбы.
Ты! Сей руки своей лишусь, –
Хоть двух! Губами подпишусь
На плахе: распрь моих земля –
Гордыня, родина моя!

В надежде славы и добра
Гляжу вперед я без боязни:
Начало славных дней Петра
Мрачили мятежи и казни.

Но правдой он привлек сердца,
Но нравы укротил наукой,
И был от буйного стрельца
Пред ним отличен Долгорукой.

Самодержавною рукой
Он смело сеял просвещенье,
Не презирал страны родной:
Он знал ее предназначенье.

То академик, то герой,
То мореплаватель, то плотник,
Он всеобъемлющей душой
На троне вечный был работник.

Семейным сходством будь же горд;
Во всем будь пращуру подобен:
Как он, неутомим и тверд,
И памятью, как он, незлобен.

Я ветвь меньшая от ствола России,
Я плоть ее, и до листвы моей
Доходят жилы влажные, стальные,
Льняные, кровяные, костяные,
Прямые продолжения корней.

Есть высоты властительная тяга,
И потому бессмертен я, пока
Течет по жилам – боль моя и благо –
Ключей подземных ледяная влага,
Все эр и эль святого языка.

Я призван к жизни кровью всех рождений
И всех смертей, я жил во времена,
Когда народа безымянный гений
Немую плоть предметов и явлений
Одушевлял, даруя имена.

Его словарь открыт во всю страницу,
От облаков до глубины земной.
– Разумной речи научить синицу
И лист единый заронить в криницу,
Зеленый, рдяный, ржавый, золотой…

Что любится, чем дышится,
Чем наше сердце полнится,
То в голосе услышится,
То в песенке припомнится.

А мы споем о родине,
С которой столько связано,
С которой столько пройдено
Хорошего и разного!

Тяжелое – забудется,
Хорошее – останется,
Что с родиною сбудется,
То и с народом станется.

С ее лугами, нивами,
С ее лесами-чащами
Была б она счастливою, –
А мы-то будем счастливы.

И сколько с ней ни пройдено,
Усталыми не скажемся
И песню спеть о родине
С друзьями не откажемся!

Любить Россию нелегко,
она – в ухабах и траншеях
и в запахах боев прошедших,
как там война ни далеко.

Но, хоть воздастся, может быть,
любовью за любовь едва ли,
безмерная, как эти дали,
не устает душа любить.

Страна, как истина, одна, –
она не станет посторонней,
и благостней, и проторенней,
тебе дорога не нужна.

И затеряться страха нет,
как незаметная песчинка,
в глубинке города, починка,
села, разъезда, верст и лет.

Отчизны мед и молоко
любую горечь пересилят.
И сладостно – любить Россию,
хотя любить и нелегко.

Славься, великая,
Многоязыкая
Братских российских
Народов семья.

Стой, окружённая,
Вооружённая
Древней твердыней
Седого Кремля!

Здравствуй, любимое,
Неколебимое
Знамя, струящее
Разума свет!

Славная дедами,
Бравыми внуками
Дружных российских
Народов семья.

Крепни победами,
Ширься науками,
Вечно нетленная
Славы земля!

У государства есть закон,
Который гражданам знаком.
У антигосударства –
Не знает правил паства.

Держава, подданных держа,
Диктует им порядки.
Но нет чернил у мятежа,
У бунта нет тетрадки.

Когда берет бумагу бунт,
Когда перо хватает,
Уже одет он и обут
И юношей питает,

Отраду старцам подает,
Уже чеканит гривны,
Бунтарских песен не поет,
Предпочитает гимны.

Остыв, как старая звезда,
Он вышел на орбиту
Во имя быта и труда
И в честь труда и быта.

Я любуюсь листьями берёзы –
Раскудрявилась весной она,
И впадает, размечтавшись, в грёзы,
А вокруг звенит, поёт весна.

По стволу стекает сок берёзы
И течёт с грустинкой ручейком,
Сок на землю падает, как слёзы...
Я грущу о прошлом, о былом.

У берёз свисают веток косы,
Их мне нежно хочется обнять.
Не пойму, чего же сердце просит,
И от счастья хочется рыдать.

Всё стою у плачущей берёзы
На крутом приволжском берегу –
Размечтался я, впадая в грёзы.
Образ милой в сердце берегу.

Ствол берёзы нежно обнимаю,
У неё встречался с милой я.
Всей России воздух я вдыхаю.
Как прекрасна Родина моя!

Льётся солнышко весёлое
Золотыми ручейками
Над садами и над сёлами,
Над полями и лугами.

Здесь идут грибные дождики,
Светят радуги цветные,
Здесь простые подорожники
С детства самые родные.

Тополиные порошицы
Закружились на опушке,
И рассыпались по рощице
Земляничные веснушки.

Здесь идут грибные дождики,
Светят радуги цветные,
Здесь простые подорожники
С детства самые родные.

И опять захороводили
Стайки ласточек над домом,
Чтобы снова спеть о Родине
Колокольчикам знакомым.

Бывают дни: я ненавижу
Свою отчизну – мать свою.
Бывают дни: ее нет ближе,
Всем существом ее пою.

Все, все в ней противоречиво,
Двулико, двоедушно в ней,
И дева, верящая в диво
Надземное, – всего земней.

Как снег – миндаль. Миндальны зимы.
Гармошка – и колокола.
Дни дымчаты. Прозрачны дымы.
И вороны, — и сокола.

Слом Иверской часовни. Китеж.
И ругань – мать, и ласка – мать…
А вы-то тщитесь, вы хотите
Ширококрайную объять!

Я – русский сам, и что я знаю?
Я падаю. Я в небо рвусь.
Я сам себя не понимаю,
А сам я – вылитая Русь!

Утренняя зорька
Над лесом расцвела,
С утра звенит в посёлке,
С утра поёт пила.

Пошёл строгать рубанок,
И ветер на опушке
Катает по полянам
Растрёпанные стружки.

Бегут смотреть ребята,
Как ставят новый сруб,
Как прежде, как когда-то
Дымки идут из труб.

Ты выйдешь на пригорок –
Такой простор вокруг!
И, словно обновлённый,
Лежит зелёный луг.

Рябина возле дома,
И свежая солома,
И тёплая земля.
Тут всё тебе знакомо, –
Тут родина твоя.

Помню-где-то и когда-то
у таежного ручья
уронил я тиховато:
«Люди – родина моя».

Но могучий гул ответа,
словно голос твой, земля,
шел от сосен и от ветра:
«Люди — родина моя».

Понял я, бродя по свету,
человечество – семья,
но семья, где мира нету,
Успокойте вы планету,
люди – родина моя.

Кто душою благороден,
а религия своя,
с ним у нас нет разных родин.
Люди – родина моя.

Я в тебе родился снова.
Ты шепни, любимая,
нашим детям в дар три слова:
Люди – родина моя.

От Балтийска до сопок курильских
Распростерлась родная страна.
Много мест в ней далеких и близких
Ведь Россией зовется она.

Ее сила у стен Сталинграда,
Красота в силуэтах берез
И в рывке межпланетного шага
Ее имя Гагарин вознес.

Я в тайге любовался закатом,
Проходил Оренбургскую степь.
Купола, что отделаны златом,
Над Москвой продолжают гореть.

На зеленых просторах Кубани
Видел пашни широких полей,
Открывая все новые грани
Необъятной отчизны моей.

Мне давно, еще с юности, ясно
И я твердо уверен в одном:
Наша Русь – она всюду прекрасна.
Сохраним же навечно наш дом.

Тихая улица посреди села,
Домик деревянный, рядом тополя.
Два куста сирени,
Вишня под окном.
Здесь провёл я детство
С матерью, отцом.

Бегал на рыбалку,
По грибы ходил,
У костра ночного
Комаров кормил…
Часто вспоминаю
Я милые места,
Детство беззаботное,
Мать свою, отца.

Два куста сирени,
Вишню под окном
И друзей-товарищей
В том селе родном…
Всё, что сердцу дорого –
В памяти храню.
Маленькую Родину
Я помню и люблю.

Всё в тающей дымке:
Холмы, перелески.
Здесь краски не ярки
И звуки не резки.

Здесь медленны реки,
Туманны озёры,
И всё ускользает
От беглого взора.

Здесь мало увидеть,
Здесь нужно всмотреться,
Чтоб ясной любовью
Наполнилось сердце.

Здесь мало услышать,
Здесь вслушаться нужно,
Чтоб в душу созвучья
Нахлынули дружно.

Чтоб вдруг отразили
Прозрачные воды
Всю прелесть застенчивой
Русской природы.

Те же росы, откосы, туманы,
Над бурьянами рдяный восход,
Холодеющий шелест поляны,
Голодающий, бедный народ;

И в раздолье, на воле – неволя;
И суровый свинцовый наш край
Нам бросает с холодного поля –
Посылает нам крик: «Умирай –

Как и все умирают...» Не дышишь,
Смертоносных не слышишь угроз: –
Безысходные возгласы слышишь
И рыданий, и жалоб, и слез.

Те же возгласы ветер доносит;
Те же стаи несытых смертей
Над откосами косами косят,
Над откосами косят людей.

Роковая страна, ледяная,
Проклятая железной судьбой –
Мать Россия, о родина злая,
Кто же так подшутил над тобой?

В долинах уснувшие села
Осыпаны липовым цветом.
Иду по дороге веселой,
Шагаю по белому свету.

Шагаю по белому свету,
О жизни пою человечьей,
Встречаемый всюду приветом
На всех языках и наречьях.

На всех языках и наречьях
В родимой стране без изъятья.
Понятны любовь и сердечность,
Как доброе рукопожатье.

Везде я и гость и хозяин,
Любые откроются двери,
И где я умру, я не знаю,
Но места искать не намерен.

Под кустиком первым, под камнем
Копайте, друзья, мне могилу,
Где лягу, там будет легка мне
Земля моей Родины милой.

Ты берегла младенчество моё
от сквозняков
безжалостного года.
Дала мне хлеб.
И теплое жилье.
И все богатства, что даёт
свобода.

Открыла мне людскую доброту.
Я поняла,
какая это сила.
Родной земли простор
и красоту
ты постигать,
ты видеть научила!

Я возлюбила горы и поля,
рек и плотин
согласное звучанье.
Как ты прекрасна,
Родина моя,
как велико
твое очарованье!

Теперь, когда Россия наша
Своим путем идёт одна
И наконец отчизна Ваша
К судьбам другим увлечена, –
Теперь, в великий час разлуки,
Да будут русской речи звуки
Для Вас залогом, что года
Пройдут – и кончится вражда;
Что, чуждый немцу с колыбели,
Через один короткий век
Сойдется с ним у той же цели,
Как с братом, русский человек;
Что, если нам теперь по праву
Проклятия гремят кругом, –
Мы наш позор и нашу славу
Искупим славой и Добром…
Всему, чем Ваша грудь согрета,
Всему сочувствуем и мы;
И мы желаем мира, света,
Не разрушенья – и не тьмы.

Когда на меня навалилась беда
И шел я по отчему краю,
«Отдай свою боль мне», – сказала вода,
По горному склону стекая.

Сказала мне высь:
«Обернись к небесам,
И в сердце растает тревога».
«Спокойно иди, я тебя не предам!» –
Тихонько шуршала дорога.

«Взгляни на мои голубые снега», –
Чуть слышно гора мне шептала.
«Приляг на траву», – поманили луга.
Прилег я, и легче мне стало.

И стало все просто, и понял я вдруг –
Иного не надо мне края,
А только б дорога, да речка, да луг,
Да небо родимого края.

Настанет год, России черный год,
Когда царей корона упадет;
Забудет чернь к ним прежнюю любовь,
И пища многих будет смерть и кровь;
Когда детей, когда невинных жен
Низвергнутый не защитит закон;
Когда чума от смрадных, мертвых тел
Начнет бродить среди печальных сел,
Чтобы платком из хижин вызывать,
И станет глад сей бедный край терзать;
И зарево окрасит волны рек:
В тот день явится мощный человек,
И ты его узнаешь – и поймешь,
Зачем в руке его булатный нож;
И горе для тебя! – твой плач, твой стон
Ему тогда покажется смешон;
И будет все ужасно, мрачно в нем,
Как плащ его с возвышенным челом.

Хотят ли русские войны?
Спросите вы у тишины
над ширью пашен и полей
и у берез и тополей.

Спросите вы у тех солдат,
что под березами лежат,
и пусть вам скажут их сыны,
хотят ли русские войны.

Не только за свою страну
солдаты гибли в ту войну,
а чтобы люди всей земли
спокойно видеть сны могли.

Под шелест листьев и афиш
ты спишь, Нью-Йорк, ты спишь, Париж.
Пусть вам ответят ваши сны,
хотят ли русские войны.

Да, мы умеем воевать,
но не хотим, чтобы опять
солдаты падали в бою
на землю грустную свою.

Спросите вы у матерей,
спросите у жены моей,
и вы тогда понять должны,
хотят ли русские войны.

Спит ковыль. Равнина дорогая,
И свинцовой свежести полынь.
Никакая родина другая
Не вольет мне в грудь мою теплынь.

Знать, у всех у нас такая участь,
И, пожалуй, всякого спроси –
Радуясь, свирепствуя и мучась,
Хорошо живется на Руси?

Свет луны, таинственный и длинный,
Плачут вербы, шепчут тополя.
Но никто под окрик журавлиный
Не разлюбит отчие поля.

И теперь, когда вот новым светом
И моей коснулась жизнь судьбы,
Все равно остался я поэтом
Золотой бревенчатой избы.

По ночам, прижавшись к изголовью,
Вижу я, как сильного врага,
Как чужая юность брызжет новью
На мои поляны и луга.

Но и все же, новью той теснимый,
Я могу прочувственно пропеть:
Дайте мне на родине любимой,
Все любя, спокойно умереть!

Водит по карте девчонка указкой
И отвечает с волненьем урок.
Синею краской плещется Каспий,
Вьётся над Арктикой снежный дымок.

И зовут к себе опять
Дороги, что пока не пройдены,
Хорошо, друзья, мечтать
Возле карты Родины!

Тянутся к небу крутые Хибины,
Рожь в Кулунде достаёт до плеча.
В море Чукотском ломаются льдины,
А на Кавказе цветёт алыча.

И зовут к себе опять
Дороги, что пока не пройдены,
Хорошо, друзья, мечтать
Возле карты Родины!

Водит указкой по карте девчонка –
Карта живою становится вдруг:
Реки по камешкам катятся звонко,
Плавно Полярный вращается круг.

И зовут к себе опять
Дороги, что пока не пройдены,
Хорошо, друзья, мечтать
Возле карты Родины!

…И понемногу начало назад
Его тянуть: в деревню, в темный сад,
Где липы так огромны, так тенисты
И ландыши так девственно душисты,
Где круглые ракиты над водой
С плотины наклонились чередой,
Где тучный дуб растет над тучной нивой,
Где пахнет конопелью да крапивой…

Туда, туда, в раздольные поля,
Где бархатом чернеется земля,
Где рожь, куда ни киньте вы глазами,
Струится тихо мягкими волнами
И падает тяжелый, желтый луч
Из-за прозрачных, белых, круглых туч.

Там хорошо; там только – русский дома;
И степь ему, как родина, знакома;
Как по морю, гуляет он по ней –
Живет и дышит, движется вольней;
Идет себе – поет себе беспечно;
Идет… куда? не знает! бесконечно
Бегут, бегут несвязные слова…
Приподнялась уж по следу трава…
Ему другой вы не сулите доли –
Не хочет он другой, разумной воли…

Мы предчувствовали полыханье
этого трагического дня.
Он пришел. Вот жизнь моя, дыханье.
Родина! Возьми их у меня!

Я и в этот день не позабыла
горьких лет гонения и зла,
но в слепящей вспышке поняла:
это не со мной – с Тобою было,
это Ты мужалась и ждала.

Нет, я ничего не позабыла!
Но была б мертва, осуждена, –
встала бы на зов Твой из могилы,
все б мы встали, а не я одна.

Я люблю Тебя любовью новой,
горькой, всепрощающей, живой,
Родина моя в венце терновом,
с темной радугой над головой.

Он настал, наш час, и что он значит –
только нам с Тобою знать дано.
Я люблю Тебя – я не могу иначе,
я и Ты по-прежнему – одно.

Родина мать! по равнинам твоим
Я не езжал еще с чувством таким!

Вижу дитя на руках у родимой,
Сердце волнуется думой любимой:

В добрую пору дитя родилось,
Милостив бог! не узнаешь ты слез!

С детства никем не запуган, свободен,
Выберешь дело, к которому годен;

Хочешь – останешься век мужиком,
Сможешь – под небо взовьешься орлом!

В этих фантазиях много ошибок:
Ум человеческий тонок и гибок,

Знаю, на место сетей крепостных
Люди придумали много иных,

Так!.. но распутать их легче народу.
Муза! с надеждой приветствуй свободу!

Есть поговорка: «Хорошо
Лишь там, где нету нас».
Ну что же, я рецепт сейчас
По-моему нашел:

Покиньте (вот вам мой совет)
На время отчий дом.
А так как вас там больше нет,
То радость кинется чуть свет,
Чтоб поселиться в нем.

Но вот с возвратом решено,
Вы – у своих дверей!
А радость там уже давно,
И вы, раз это суждено,
Не расставайтесь с ней.

Ведь коль сумел ее застать
Ваш умудренный взгляд,
То можно ль ей уйти назад,
Тем более удрать?!

Вот тут-то близким и друзьям
Вы скажете о том,
Что свет не по чужим краям,
А радость там и только там,
Где мы всегда живем.

Ночь дана, чтоб думать и курить
и сквозь дым с тобою говорить.

Хорошо… Пошуркивает мышь,
много звезд в окне и много крыш.

Кость в груди нащупываю я:
родина, вот эта кость – твоя.

Воздух твой, вошедший в грудь мою,
я тебе стихами отдаю.

Синей ночью рдяная ладонь
охраняла вербный твой огонь.

И тоскуют впадины ступней
по земле пронзительной твоей.

Так все тело – только образ твой,
и душа, как небо над Невой.

Покурю и лягу, и засну,
и твою почувствую весну:

угол дома, памятный дубок,
граблями расчёсанный песок.

Его и пуля не берет,
И песня не берет!
Так и стою, раскрывши рот:
«Народ! Какой народ!»

Народ – такой, что и поэт –
Глашатай всех широт, –
Что и поэт, раскрывши рот,
Стоит: такой народ!

Когда ни сила не берет,
Ни дара благодать, –
Измором взять такой народ?
Гранит – измором взять!

(Сидит – и камешек гранит,
И грамотку хранит…
В твоей груди зарыт – горит! –
Гранат, творит – магнит.)

…Что радий из своей груди
Достал и подал: вот!
Живым – Европы посреди –
Зарыть такой народ?

Бог! Если ты и сам – такой,
Народ моей любви
Не со святыми упокой –
С живыми оживи!

Что за вечер! А ручей
Так и рвется.
Как зарей-то соловей
Раздается!

Месяц светом с высоты
Обдал нивы,
А в овраге блеск воды,
Тень да ивы.

Знать, давно в плотине течь:
Доски гнилы, –
А нельзя здесь не прилечь
На перилы.

Так-то всё весной живет!
В роще, в поле
Всё трепещет и поет
Поневоле.

Мы замолкнем, что в кустах
Хоры эти, –
Придут с песнью на устах
Наши дети;

А не дети, так пройдут
С песнью внуки:
К ним с весною низойдут
Те же звуки.

Луна двурога.
Блестит ковыль.
Бела дорога.
Летает пыль.

Летая, стая
Ночных сычей –
Рыдает в дали
Пустых ночей.

Темнеют жерди
Сухих осин;
Немеют тверди…
Стою – один.

Здесь сонный леший
Трясется в прах.
Здесь – конный, пеший
Несется в снах.

Забота гложет;
Потерян путь.
Ничто не сможет
Его вернуть.

Болота ржавы:
Кусты, огни,
Густые травы,
Пустые пни!

О, мой пресветлый отчий край!
О, голоса его и звоны!
В какую высь ни залетай –
Всё над тобой его иконы.

И происходит торжество
В его лесах, в его колосьях.
Мне вечно слышится его
Многоголосье.

Какой покой в его лесах,
Как в них черны и влажны реки!
Какие храмы в небесах
Над ним возведены навеки!

И происходит торжество
В его лесах, в его колосьях.
Мне вечно слышится его
Многоголосье.

Я – как скрещенье многих дней,
И слышу я в лугах росистых
И голоса моих друзей,
И голоса с небес российских.

И происходит торжество
В его лесах, в его колосьях.
Мне вечно слышится его
Многоголосье, многоголосье.

Ты пришла – настала в мире будто весна.
Шар земной
запомнил имя твоё.
Всё имеет срок,
а ты бессмертна, страна.
Жизнь моя,
дыханье моё.

Я смогу держать в ладонях солнце,
Я пройду сквозь годы-времена,
всё смогу,
я всё на свете смогу,
если ты со мной, страна!

Можно жить без песен, можно без дома вдали,
жить без сна,
шагать в степи без огня.
Но нельзя прожить
без этой вечной земли –
Родины,
Вскормившей меня.

Я смогу держать в ладонях солнце,
Я пройду сквозь годы-времена,
всё смогу,
я всё на свете смогу,
если ты со мной, страна!

Течет река в неведомые дали.
Течет туда, где тихо дремлет Русь.
Мы многого еще ей не сказали,
И я к словам напыщенным не рвусь.

Излучина скрывается в долине.
Спустился с неба к вечеру туман,
А я с простой сумой шагаю ныне
Вдоль русла по бескрайним берегам.

Что я увижу там за поворотом?
Поля, а может, будет темный лес?
Рукав, который стал уже болотом,
Где леший - символ сказочных чудес.

Медведь схватил зубами куст малины.
Он любит эту ягоду, как мед.
Так Шишкин рисовал свои картины
И кисть его невольно здесь живет.

Здесь нет кричащих, ярких одеяний.
Здесь время словно снизило свой бег.
Земля любви, земля больших страданий
И вещий здесь живет еще Олег.

Ужасный сон отяготел над нами,
Ужасный, безобразный сон:
В крови до пят, мы бьемся с мертвецами,
Воскресшими для новых похорон.

Осьмой уж месяц длятся эти битвы,
Геройский пыл, предательство и ложь,
Притон разбойничий в дому молитвы,
В одной руке распятие и нож.

И целый мир, как опьяненный ложью,
Все виды зла, все ухищренья зла!..
Нет, никогда так дерзко правду Божью
Людская кривда к бою не звала!..

И этот клич сочувствия слепого,
Всемирный клич к неистовой борьбе,
Разврат умов и искаженье слова –
Все поднялось и все грозит тебе,

О край родной! – такого ополченья
Мир не видал с первоначальных дней…
Велико, знать, о Русь, твое значенье!
Мужайся, стой, крепись и одолей!

Это не рыбки ныряют в пруду, –
Это ребята играют в саду,
В самом веселом,
В самом красивом,
В самом счастливом
Нашем саду.

Сколько у солнышка ярких лучей, –
Столько у нас и забав, и затей.
Самых веселых,
Самых красивых,
Самых счастливых
Забав и затей.

Сколько песчинок в морской глубине, –
Столько и нас подрастает в стране,
В самой веселой,
В самой красивой,
В самой счастливой
Нашей стране.

Сколько ручьев по овражкам журчит, –
Столько о Родине песен звучит,
Самых веселых,
Самых красивых,
Самых счастливых
Песен звучит.

И у меня был край родной когда-то
И у меня был край родной когда-то;
Со всех сторон
Синела степь; на ней белели хаты –
Всё это сон!

Я помню дом и пёстрые узоры
Вокруг окон,
Под тенью лип душистых разговоры –
Всё это сон!

Я там мечтою чистой, безмятежной
Был озарён,
Я был любим так искренно, так нежно –
Всё это сон!

И думал я: на смерть за край родимый
Я обречён!
Но гром умолк; гроза промчалась мимо –
Всё было сон!

Летучий ветр, неси ж родному краю,
Неси поклон;
В чужбине век я праздно доживаю –
Всё было сон!

Опять, как в годы золотые,
Три стертых треплются шлеи,
И вязнут спицы расписные
В расхлябанные колеи…

Россия, нищая Россия,
Мне избы серые твои,
Твои мне песни ветровые, –
Как слезы первые любви!

Тебя жалеть я не умею
И крест свой бережно несу…
Какому хочешь чародею
Отдай разбойную красу!

Пускай заманит и обманет, –
Не пропадешь, не сгинешь ты,
И лишь забота затуманит
Твои прекрасные черты…

Ну что ж? Одной заботой боле –
Одной слезой река шумней
А ты все та же – лес, да поле,
Да плат узорный до бровей…

И невозможное возможно,
Дорога долгая легка,
Когда блеснет в дали дорожной
Мгновенный взор из-под платка,
Когда звенит тоской острожной
Глухая песня ямщика!..

Хорош мой род –
Крестьянский род,
Бессмертный
Русский мой народ!

Мой дед,
И прадед мой,
И я –
Вся родословная моя
От Рюрика до наших дней –
Мне всех дороже,
Всех родней!

Во дни тяжёлых испытаний
Я был с тобой
На поле брани.
В дни мира
Пахарем я был,
Я честный хлеб
Тебе растил.

На труд и бой –
Одной судьбой –
Весь путь твой
Я прошёл
С тобой.

Народ мой!
Как я дорожу,
Что я
К тебе принадлежу!

Привет, Россия – родина моя!
Как под твоей мне радостно листвою!
И пенья нет, но ясно слышу я
Незримых певчих пенье хоровое...

Как будто ветер гнал меня по ней,
По всей земле – по сёлам и столицам!
Я сильный был, но ветер был сильней,
И я нигде не мог остановиться.

Привет, Россия – родина моя!
Сильнее бурь, сильнее всякой воли
Любовь к твоим овинам у жнивья,
Любовь к тебе, изба в лазурном поле.

За все хоромы я ей отдаю
Свой низкий дом с крапивой под оконцем...
Как миротворно в горницу мою
По вечерам закатывалось солнце!

Как весь простор, небесный и земной,
Дышал в оконце счастьем и покоем,
И достославной веял стариной,
И ликовал под ливнями и зноем!...

О чём эта песня плакучих берёз,
Мелодия, полная света и слёз?
О Родине, только о Родине.

О чём за холодным гранитом границ
Тоска улетающих на зиму птиц?
О Родине, только о Родине.

В минуты печали, в годину невзгод
Кто нас приголубит и кто нас спасёт?
Родина, только лишь Родина.

Кого в лютый холод нам надо согреть
И в трудные дни мы должны пожалеть?
Родину, милую Родину.

Когда мы уходим в межзвёздный полёт,
О чём наше сердце земное поёт?
О Родине, только о Родине.

Живём мы во имя добра и любви,
И лучшие песни твои и мои –
О Родине, только о Родине…

Под солнцем палящим и в снежной пыли
И думы мои, и молитвы мои –
О Родине, только о Родине.

Земля снегов и лебединых облаков,
Земля березовых закатов.
С печалью светлой молча смотрят на меня
России синие глаза…

Солдатом шел я по обугленной земле,
Пылали дымные закаты.
Сухие трещины натруженных дорог,
Как руки матери моей…

Когда уйду в края, откуда нет дорог,
Я сам навек Россией стану.
Ночами росными в стволах твоих берёз
Струиться будет кровь моя…

Земля моя, я сын твоих берёз,
Я землю русскую от недругов сберёг,
Я отдал всё, чтоб в рощах золотых
Вовек не замолкали соловьи…

Земля моя, я сын твоих берёз,
Берёзки белые от бурь я уберёг,
Чтоб вечно снились Родине моей
Берёзовые сны…

Мать – Россия моя,
С чем тебя мне сравнить?
Без тебя мне не петь,
Без тебя мне не жить...

Всё, что в сердце моём,
Всё, чем в жизни живу,
Всё, что было и есть,
Я Россией зову!

Ты мудра и добра,
И народы земли
Славят сердце твоё,
Славят думы твои.

Ты, Россия моя,
Золотые края,
Ты, Россия, родная, заветная,
За твою широту,
За твою красоту
Я люблю тебя,
Родина светлая!

Чьи-то души бесследно,
растворяясь вдали,
словно белые снеги,
идут в небо с земли.

Идут белые снеги…
И я тоже уйду.
Не печалюсь о смерти
и бессмертья не жду.

я не верую в чудо,
я не снег, не звезда,
и я больше не буду
никогда, никогда.

И я думаю, грешный,
ну, а кем же я был,
что я в жизни поспешной
больше жизни любил?

А любил я Россию
всею кровью, хребтом –
ее реки в разливе
и когда подо льдом,

дух ее пятистенок,
дух ее сосняков,
ее Пушкина, Стеньку
и ее стариков.

Если было несладко,
я не шибко тужил.
Пусть я прожил нескладно,
для России я жил.

В младенчестве нужна лишь мать,
Её родная теплота.
Потом ты станешь понимать
Улыбки, звуки и цвета.

Потом тебе твой отчий дом
Откроет все, чем он богат.
Ты все запомнишь. А потом
Однажды утром выйдешь в сад.

Ты там услышишь птичий свист,
Гортанный говор голубей,
И каждый стебель, каждый лист
Ты примешь в подданство себе.

Потом придут к тебе друзья
С весельем игр, с раздумьем книг.
Ты слово строгое «нельзя»
Всё реже слышишь от родных.

Тебе доступен тёмный бор,
Дымок костров, упругость лыж.
Затеяв с вьюгой жаркий спор,
Ты выстоишь. И победишь!

Недаром мускулы крепки
И взляд спокоен голубой.
Но вот, как верные клинки,
Легли дороги пред тобой.

То юность. То дороги в жизнь.
Не оступись! Не упади ж!
Стремлений лучших не утрать.
Отчизне сыном назовись!

Касаясь трех великих океанов,
Она лежит, раскинув города,
Покрыта сеткою меридианов,
Непобедима, широка, горда.

Но в час, когда последняя граната
Уже занесена в твоей руке
И в краткий миг припомнить разом надо
Все, что у нас осталось вдалеке,

Ты вспоминаешь не страну большую,
Какую ты изъездил и узнал,
Ты вспоминаешь родину – такую,
Какой ее ты в детстве увидал.

Клочок земли, припавший к трем березам,
Далекую дорогу за леском,
Речонку со скрипучим перевозом,
Песчаный берег с низким ивняком.

Вот где нам посчастливилось родиться,
Где на всю жизнь, до смерти, мы нашли
Ту горсть земли, которая годится,
Чтоб видеть в ней приметы всей земли.

Да, можно выжить в зной, в грозу, в морозы,
Да, можно голодать и холодать,
Идти на смерть… Но эти три березы
При жизни никому нельзя отдать.

Неуютная жидкая лунность
И тоска бесконечных равнин, –
Вот что видел я в резвую юность,
Что, любя, проклинал не один.

По дорогам усохшие вербы
И тележная песня колес…
Ни за что не хотел я теперь бы,
Чтоб мне слушать ее привелось.

Равнодушен я стал к лачугам,
И очажный огонь мне не мил.
Даже яблонь весеннюю вьюгу
Я за бедность полей разлюбил.

Мне теперь по душе иное…
И в чахоточном свете луны
Через каменное и стальное
Вижу мощь я родной стороны.

Полевая Россия! Довольно
Волочиться сохой по полям!
Нищету твою видеть больно
И березам и тополям.

Я не знаю, что будет со мною…
Может, в новую жизнь не гожусь,
Но и все же хочу я стальною
Видеть бедную, нищую Русь.

И, внимая моторному лаю
В сонме вьюг, в сонме бурь и гроз,
Ни за что я теперь не желаю
Слушать песню тележных колес.

С чего начинается Родина?
С картинки в твоём букваре.
С хороших и верных товарищей,
Живущих в соседнем дворе.

А может, она начинается
С той песни, что пела нам мать,
С того, что в любых испытаниях
У нас никому не отнять.

С чего начинается Родина?
С заветной скамьи у ворот,
С той самой берёзки, что во поле,
Под ветром склоняясь, растёт.

А может, она начинается
С весенней запевки скворца.
И с этой дороги просёлочной,
Которой не видно конца.

С чего начинается родина?
С окошек, горящих вдали.
Со старой отцовской будёновки,
Что где-то в шкафу мы нашли.

А может, она начинается
Со стука вагонных колёс.
И с клятвы, которую в юности
Ты ей в своём сердце принёс.

С фонарем обшарьте
Весь подлунный свет!
Той страны – на карте
Нет, в пространстве – нет.

Выпита как с блюдца, –
Донышко блестит.
Можно ли вернуться
В дом, который – срыт?

Заново родися –
В новую страну!
Ну-ка, воротися
На спину коню

Сбросившему! Кости
Целы-то хотя?
Эдакому гостю
Булочник ломтя

Ломаного, плотник –
Гроба не продаст!
...Той ее – несчетных
Верст, небесных царств,

Той, где на монетах –
Молодость моя –
Той России – нету.
– Как и той меня.

Понять я не мог, а теперь понимаю –
И мне ни к чему никакой перевод, –
О чем, улетая, осенняя стая
Так горестно плачет,
Так грустно поет.

Мне раньше казалось: печаль беспричинна
У листьев, лежащих в пыли у дорог.
О ветке родной их печаль и кручина –
Теперь понимаю,
А раньше не мог.

Не знал я, не ведал, но понял с годами,
Уже с побелевшей совсем головой,
О чем от скалы оторвавшийся камень
Так стонет и плачет
Как будто живой.

Когда далеко от родимого края
Судьба иль дорога тебя увела,
И радость печальна – теперь понимаю, –
И песня горька,
И любовь не светла,
о Родина...

Мне в этой жизни очень мало надо,
И те года, что мне осталось жить,
Я бы хотел задумчивой лампадой
Пред ликом Родины торжественно светить.

Пусть огонек мой еле освещает
Ее лицо бессмертной красоты,
Но он горит, он радостно сияет
И в мировую ночь свой бледный луч роняет,
Смягчая нежно строгие черты.

О Родина моя, в своей простой шинели,
В пудовых сапогах, сынов своих любя,
Ты поднялась сквозь бури и метели,
Спасая мир, не веривший в тебя.
И ты спасла их. На века.

Навеки. С Востока хлынул свет!
Опять идут к звезде
Замученные горем человеки,
Опять в слезах поклонятся тебе!

И будет мне великою наградой
И радостно и драгоценно знать,
Что в эти дни тишайшею лампадой
Я мог пред ликом Родины сиять.

Родины себе не выбирают.
Начиная видеть и дышать,
Родину на свете получают
Непреложно, как отца и мать.

Дни стояли сизые, косые…
Непогода улица мела…
Родилась я осенью в России,
И меня Россия приняла.

Родина! И радости и горе
Неразрывно слиты были в ней.
Родина! В любви. В бою и споре
Ты была союзницей моей.

Родина! Нежнее первой ласки
Научила ты меня беречь
Золотые пушкинские сказки.
Гоголя пленительную речь,
Ясную, просторную природу,
Кругозор на сотни вёрст окрест,
Истинную вольность и свободу,
Заботливой руки раздольный жест.

Напоила беспокойной кровью,
Водами живого родника,
Как морозом, обожгла любовью
Русского шального мужика.

Я люблю раскатистые грозы,
Хрусткий и накатанный мороз,
Клейкие живительные слёзы
Утренних сияющих берёз,
Безымянных реченек излуки.
Тихие вечерние поля;
Я к тебе протягиваю руки,
Родина единая моя.

Кто же первый сказал мне на свете о ней?
Я никак не припомню сейчас.
Может, первый назвал ее имя ручей,
Прозвенел по весне и погас.

Мог сказать бы отец, но я рос без отца.
В школе мать говорила, обучая детей.
Я не слышал, я ждал лишь уроков конца, –
Дома не с кем меня оставлять было ей.

А вокруг только небо, леса и поля,
Пела птица-синица, гуляли дожди,
Колокольчик катился, дышала земля,
И звенел ручеек у нее на груди.

Может, птица-синица, береза в лесах,
Колокольчик с дороги, калитка в саду,
В небе радуга, дождь, заплутавший в овсах
Пароход, прицепивший на мачту звезду,

Рассказали, как это бывает, о ней.
Но тогда я, пожалуй, был робок и мал
И не знал языка ни синиц, ни дождей…
Я не помню, кто мне о России сказал.

Мы русские. Мы дети Волги.
Для нас значения полны
ее медлительные волны,
тяжелые, как валуны.

Любовь России к ней нетленна.
К ней тянутся душою всей
Кубань и Днепр, Нева и Лена,
и Ангара, и Енисей.

Люблю ее всю в пятнах света,
всю в окаймленье ивняка…
Но Волга Для России – это
гораздо больше, чем река.

А что она – рассказ не краток.
Как бы связуя времена,
она – и Разин, и Некрасов1,
и Ленин – это все она.

Я верен Волге и России –
надежде страждущей земли.
Меня в большой семье растили,
меня кормили, как могли.

В час невеселый и веселый
пусть так живу я и пою,
как будто на горе высокой
я перед Волгою стою.

Я буду драться, ошибаться,
не зная жалкого стыда.
Я буду больно ушибаться,
но не расплачусь никогда.

И жить мне молодо и звонко,
и вечно мне шуметь и цвесть,
покуда есть на свете Волга,
покуда ты, Россия, есть.

Русь моя, Россия, дом, земля и матерь!
Ты для новобрачного – свадебная скатерть,
Для младенца – колыбель, для юного – хмель,
Для скитальца – посох, пристань и постель,
Для пахаря – поле, для рыбаря – море,
Для друга – надежда, для недруга – горе,
Для кормщика – парус, для воина – меч,
Для книжника – книга, для пророка – речь,
Для молотобойца – молот и сила,
Для живых – отцовский кров, для мертвых – могила.
Для сердца сыновьего – негасимый свет.

Нет тебя прекрасней и желанней нет.
Разве даром уголь твоего глагола
Рдяным жаром вспыхнул под пятой монгола?
Разве горький Игорь, смертью смерть поправ,
Твой не красил кровью бебряный рукав?
Разве киноварный плащ с плеча Рублева
На ветру широком не полощет снова?
Как – душе дыханье, руке – рукоять.
Хоть бы в пропасть кинуться – тебя отстоять.

Я не знаю,
За что полюбил этот лес,
Где однажды
На тополь высокий залез
И увидел деревню,
И речку, и пруд,
Как мальчишки рыбачат
И утки плывут.

Я не знаю,
За что полюбил этот дом
С фотографией деда
Под жёлтым стеклом,
Со скрипучим крыльцом
И парным молоком,
С крикуном-петухом
И лохматым щенком.

Ну, в лесу я с лукошком
Лисички искал,
Из пруда на уху
Карасей натаскал,
В доме бабушка,
Миску снимая с огня,
Угощала вишнёвым
Вареньем меня.
А ещё я
С отличным мальчишкой дружил.

Только дело не в том,
Что я жил не тужил,
Просто бабушкин дом,
Старый лес и река
Снятся мне...
Почему?
Я не знаю пока!

– Дождик, дождик, где ты был?
– Я по небу с тучкой плыл!
– А потом ты что – разбился?
– Ой, нет-нет, водой разлился,
Капал, капал вниз, упал –
Прямо в речку я попал!

А потом я плыл далёко
В речке быстрой, синеокой,
Любовался всей душой
Нашей Родиной большой!

Ну а после испарился,
К тучке белой прикрепился,
И поплыл, скажу я вам,
К дальним странам, островам.

И теперь над океаном
Я всё вдаль плыву с туманом!
Хватит, ветер, дальше дуть –
Нужно плыть в обратный путь.

Чтобы с речкой повстречаться,
Чтоб с ней в лес родной помчаться!
Любоваться чтоб душой
Нашей Родиной большой.

Так что, ветер, друг ты мой,
С тучкой мы спешим домой!
Нас ты, ветер, подгоняй –
Тучку к дому направляй!

Ведь по дому я скучаю…
Ну-ка, тучку раскачаю!
К дому ух как тороплюсь…
Скоро-скоро к вам вернусь!

Большая ты, Россия,
и вширь и в глубину.
Как руки ни раскину,
тебя не обниму.

Ты вместе с пистолетом,
как рану, а не роль
твоим большим поэтам
дала большую боль.

Большие здесь морозы --
от них не жди тепла.
Большие были слезы,
большая кровь была.

Большие перемены
не обошлись без бед.
Большими были цены
твоих больших побед.

Ты вышептала ртами
больших очередей:
нет маленьких страданий,
нет маленьких людей.

Россия, ты большая
и будь всегда большой,
себе не разрешая
мельчать ни в чем душой.

Ты мертвых, нас, разбудишь,
нам силу дашь взаймы,
и ты большая будешь,
пока большие мы...

Некие в смокинг одетые атомы,
Праха веков маринованный прах,
Чванно картавят, что, мол, «азиаты мы»,
На европейских своих языках!

Да! Азиаты мы! Крепкое слово!
В матерном гневе все наши слова!
Наши обновы давно уж не новы:
Киев и Новгород! Псков и Москва!

В наших речах – курский свист
соловьиный,
Волга и Днепр! Океан и фиорд!
В наших речах – грохот снежной лавины,
Ржанье и топот Батыевых орд!

В наших глазах – золотой щит Олега,
Плеть Иоанна! Курганная тишь!
Мертвенный холод Байкальского снега,
Пламя Москвы и плененный Париж!

Эй, на запятки! Не вам ли завялым
Путь преградить разъярившимся нам?
Или, озлившись, мы хлопнем Уралом
По напомаженным вашим башкам!

В наших плечах – беломорские скалы!
В наших ушах – храп медвежьих берлог!
В наших сердцах – самоцветы Урала!
В нашей груди – древний каменный бог!

А мне Россия
Навек люба,
В судьбе России –
Моя судьба.

Мой век суровый,
Мой день крутой
Гудит громово:
«Иди, не стой!»

Идёт Россия –
Врагов гроза,
Синее синих
Её глаза,
Синее синих
Озёр и рек,
Сильнее сильных
Её разбег!

Неповторима,
Вольным-вольна,
Необорима
В грозе она!

С ней, непоборной,
Иду, как в бой,
Дорогой горной,
Тропой любой.

Всё в ней, в Отчизне,
Кругом моё,
И нету жизни
Мне без неё!

Люблю отчизну я, но странною любовью!
Не победит ее рассудок мой.
Ни слава, купленная кровью,
Ни полный гордого доверия покой,
Ни темной старины заветные преданья
Не шевелят во мне отрадного мечтанья.
Но я люблю – за что, не знаю сам –
Ее степей холодное молчанье,
Ее лесов безбрежных колыханье,
Разливы рек ее, подобные морям;
Проселочным путем люблю скакать в телеге
И, взором медленным пронзая ночи тень,
Встречать по сторонам, вздыхая о ночлеге,
Дрожащие огни печальных деревень;
Люблю дымок спаленной жнивы,
В степи ночующий обоз
И на холме средь желтой нивы
Чету белеющих берез.
С отрадой, многим незнакомой,
Я вижу полное гумно,
Избу, покрытую соломой,
С резными ставнями окно;
И в праздник, вечером росистым,
Смотреть до полночи готов
На пляску с топаньем и свистом
Под говор пьяных мужичков.

Что значит слово «Родина» для нас?
На карте точка, там, где ты родился?
Деревня, город, область, край?.. Подчас,
То место, где на свет ты появился!..

Где рос, мужал и «в люди выходил»,
Где жизни смысл ты узнавать пытался!..
Где дружбу ты познал! Где полюбил...
И где душой и сердцем ты остался!!!

Все верно! В этом есть великий смысл!
Ведь те понятия поэтами воспеты!
А если «чуть расширить» эту мысль?
Изменятся ль тогда приоритеты?!

Край можно «увеличить» до Страны,
Страну до Континента, а затем
И континенты в облик всей Земли...
Она, ведь тоже Родина нам всем!..

А если продолжать фантазий мысль?..
Ведь Космос есть, Вселенная на свете...
И в слове «Родина» весьма широкий смысл!
А значит, в Мире мы за все в ответе!

Бор сосновый в стране одинокий стоит;
В нем ручей меж деревьев бежит и журчит.
Я люблю тот ручей, я люблю ту страну,
Я люблю в том лесу вспоминать старину.

«Приходи вечерком в бор дремучий тайком,
На зеленом садись берегу ты моем!
Много лет я бегу, рассказать я могу,
Что случилось когда на моем берегу;
Из сокрытой страны я сюда прибежал,
Я чудесного много дорогой узнал!

Когда солнце зайдет, когда месяц взойдет
И звезда средь моих закачается вод,
Приходи ты тайком, ты узнаешь о том,
Что бывает порей здесь в тумане ночном!» –
Так шептал, и журчал, и бежал ручеек;
На ружье опершись, я стоял, одинок,
И лишь говор струи тишину прерывал,
И о прежних я грустно годах вспоминал.

Обрываются речи влюблённых,
Улетает последний скворец.
Целый день осыпаются с клёнов
Силуэты багровых сердец.

Что ты, осень, наделала с нами?
В красном золоте стынет земля.
Пламя скорби свистит под ногами,
Ворохами листвы шевеля.

Облетают последние маки,
Журавли улетают, трубя,
И природа в болезненном мраке
Не похожа сама на себя.

По пустынной и голой аллее,
Шелестя облетевшей листвой,
Отчего,
Отчего,
Отчего ты, себя не жалея,
С непокрытой бредёшь головой?

Жизнь растений теперь затаилась
В этих странных обрубках ветвей,
Ну а что же с тобой приключилось,
Что с душой приключилось твоей?

Как посмел ты красавицу эту,
Драгоценную душу твою,
Отпустить,
Отпустить,
Отпустить, чтоб скиталась по свету,
Чтоб погибла в далёком краю?

Пусть непрочны домашние стены,
Пусть дорога уводит во тьму,
Нет на свете печальней измены,
Чем измена себе самому,
Себе самому…

Тянемся взглядом за стаей гусиной,
Но остаёмся с тобою, река,
С этой пылающей горькой осиной,
С полем, ещё не остывшим пока.

С этим просёлком, где вязнут машины
И безнадёжно гудят провода,
С рощей, глухими дождями прошитой
В блёстках мерцающих первого льда.

Мы остаёмся,
Не в силах расстаться
С небом, где ранняя зреет звезда,
С непроницаемым сумраком станций
Мимо которых летят поезда.

Мы остаёмся,
Где веси и хляби,
В нужды и беды уйдя с головой,
Под нескончаемый жалостно-бабий
Русской метели космический вой.

Что же нас держит?
Вопрос без ответа…
Просто в душе понимает любой:
Только на этом вот краешке света
Мы остаёмся самими собой.

Какое слово светлое – Отчизна.
Оно, как свет, струящийся по листьям.
Оно, как шёпот в травах родника.
Как белые, зимой в полях, снега.

Какое слово тёплое – Отчизна.
Оно, как дом, как печь, как хлеб душистый.
Как детский сон под маминым крылом.
Как трель скворца весною за окном.

Какое слово гордое – Отчизна.
Я в нём читаю деда с фронта письма,
Он не пришёл тогда назад с войны,
Его победе – слышишь, нет цены!

Какое слово мудрое – Отчизна.
Оно, как русло бесконечной жизни:
Живая в нём и мёртвая вода
Смешались в сплав единый навсегда.

Всего семь букв – и сколько сразу смысла.
Какое слово ёмкое – Отчизна…

Пусть мне оправдываться нечем,
пусть спорны доводы мои, –
предпочитаю красноречью
косноязычие любви.

Когда волненью воплотиться
в звучанье речи не дано,
когда сто слов в душе родится
и не годится ни одно!

Когда молчание не робость,
но ощущение того,
какая отделяет пропасть
слова от сердца твоего.

О сердце, склонное к порывам,
пусть будет мужеством твоим
в поступках быть красноречивым,
а в обожании – немым.

И что бы мне ни возразили,
я снова это повторю.
... Прости меня,
моя Россия,
что о любви
не говорю.

С чего начинается Родина?
С улыбок и слез матерей;
С тропинки, ребятами пройденной,
От дома до школьных дверей.

С березок, стоящих веками
На взгорье в отцовском краю,
С желанья потрогать руками
Любимую землю свою.

Где наша Отчизна кончается?
Гляди – не увидишь границ,
В полях горизонт раздвигается
При вспышке далеких зарниц.

А ночью в морях ее синих
Баюкает звезды волна.
Нет края-конца у России;
Безбрежна, как песня, она.

Так что же такое ты. Родина?
Поля в перелесках зари.
Все очень знакомое вроде бы,
А глянешь – и сердце горит.

И кажется: можешь с разбега
Взлететь, не боясь вышины,
И синюю звездочку с неба
Достать для родимой страны.